Еще один шанс: Еще один шанс. Дикая война. И один в тайге воин

Иглы, шила, дратва были на месте. Иглы были воткнуты в кусок толстой кожи, а дратва намотана на кусок деревяшки. А вот кожа давно уже пересохла. Покрутив в руках три больших куска, Мишка почесал в затылке и, несколько раз согнув их, мрачно хмыкнул:

– На морозе разом сломаются.

– А давай я их в жиру выварю, – предложила тетка. – Трифон так когда-то делал. Кожу в жиру вываривал, а потом воском натирал. Она и мягкая становилась, и на морозе не трескалась.

– Давай, мама Глаша. Давно пора обувку в порядок привести, – кивнул Мишка, отдавая ей кожу.

* * *

Очередная капля расплавленного свинца скатилась по желобку и, тихо зашипев, едва слышно ударилась о дно стакана. Мишка, сидя за столом, плавно нажал на рычаг. Это было сродни медитации. Тихо потрескивал фитиль в лампе, тянуло теплом от печки, чуть постукивали спицы тетки, а за окном шуршал нудный осенний дождь.

Стук сапогов в сенях вырвал парня из задумчивости и палец, которым он отмерял очередную порцию свинца, чуть дрогнул.

На дно стакана упала не дробина, а целая картечина. Скривившись, Мишка отпустил рычаг и мрачно покосился на двери. На пороге появился урядник. Откинув капюшон дождевика, он снял фуражку и, перекрестившись на иконы, пробасил, расправляя усы:

– Мир дому сему.

– Благодарствуем, Николай Аристархович. К печке проходите, обогрейтесь.

– Спаси Христос, Глафира. И вправду озяб, – кивнул тот и, подойдя к печи, приложил ладони к ее теплому боку.

– Присаживайтесь, Николай Аристархович, я пока самовар вздую, – добавил Мишка, поднимаясь.

Вынеся на крыльцо еще горячий самовар, он быстро подкинул в топку несколько тонких лучин, которые специально наколол, и, раздув огонь, с мрачной иронией подумал, что не мешает еще и чайник спаять. Каждый раз с самоваром возиться долго и непродуктивно. Только вот как сделать так, чтобы он не протекал? Добиться герметичности только мастерством жестянщика не получится. В любом случае его придется лудить.

Пока он предавался техническим изысканиям, самовар разогрелся и парень поволок его обратно в дом.

Водрузив самовар на стол, Мишка насторожился. Урядник, уже немного согревшись, пересел к столу и теперь внимательно рассматривал собранную им конструкцию. Пару раз, осторожно качнув свинец в чаше, он повернулся к парню и, кивая на лампу, спросил:

– Сам придумал?

– Ага, – вздохнул Мишка. – В печи свинец плавить неудобно. А тут он и греется все время, и отделять, сколько нужно, удобно.