Поллианна

В остальные дни по утрам будешь шить со мной. Тогда послеобеденные часы останутся у тебя для музыки. Я, разумеется, сразу найду тебе учительницу, – заключила она решительно, поднимаясь со стула.

Поллианна вскрикнула от ужаса:

– Но, тетя Полли! Тетя Полли, ты не оставила мне времени просто на то, чтобы… чтобы жить!

– Жить? Что ты хочешь сказать? Как будто ты не живешь все время!

– О, конечно, я буду дышать все время, пока буду все это делать, но я не буду жить. Ведь во сне тоже дышат, но не живут! Для меня жить – это делать то, что хочется: играть во дворе, читать (для себя самой, конечно), взбираться на холмы, разговаривать в саду с мистером Томом и Ненси, разузнавать все о домах, людях и обо всем, обо всем везде, на всех этих чудесных улицах, по которым я вчера проезжала.

Вот что я называю жизнью, тетя Полли! А просто дышать – это еще не жизнь!

Раздраженная, мисс Полли резко вскинула голову:

– Поллианна, ты самый странный ребенок, какого я в жизни видела! У тебя, разумеется, будет время, чтобы поиграть.

Но я считаю, что если я готова исполнить мой долг и позаботиться о том, чтобы ты получила надлежащее воспитание и образование, то тебе следует быть готовой исполнить твой долг и позаботиться о том, чтобы моя забота не была встречена неблагодарностью и не пропала даром.

Поллианна, казалось, была потрясена до глубины души.

– О, тетя Полли, разве я могу быть неблагодарной… по отношению к тебе! Ведь я люблю тебя… и ты даже не дама из комитета, а моя родная тетя!

– Очень хорошо! И постарайся не отплатить мне неблагодарностью, – соизволила ответить Полли, поворачиваясь к двери.

Она была уже на середине лестницы, когда услышала позади себя несмелый, прерывающийся голосок:

– Тетя Полли, но ты так и не сказала мне, какие из моих вещей ты хочешь… отдать.

Тетя Полли утомленно вздохнула, и вздох этот долетел до ушей Поллианны.

– Да, я забыла сказать тебе, Поллианна. Сегодня в половине второго Тимоти отвезет нас в город. Ни одно из этих платьев не годится для того, чтобы их носила моя племянница. И разумеется, я была бы далека от исполнения моего долга по отношению к тебе, если бы позволила тебе ходить в каком-либо из них.

Теперь вздохнула Поллианна – ей казалось, что она возненавидит само это слово – «долг».