Поллианна

Какое-то время по-прежнему длилось молчание, затем одна дама из комитета сухо задала Поллианне какой-то вопрос, за ней вторая, третья… Одним словом, вскоре им стала известна вся история Джимми Бина, и дамы начали обсуждать её – довольно оживлённо, но без особой симпатии, мягко говоря.

Поллианна слушала их с нарастающим беспокойством. Многое из того, что она слышала, оставалось ей непонятным, ясно становилось только то, что ни одна из этих дам не горит желанием взять Джимми Бина к себе в дом. Ни одна, хотя у некоторых дам из комитета, как выяснилось, своих сыновей не было.

Потом жена пастора робко предложила, чтобы их комитет принял на себя расходы на Джимми, то есть его содержание и обучение. Деньги на это она предложила взять из тех сумм, что собирались направить на обращение в христианство маленьких язычников из Индии. В ответ дамы громко и взволнованно принялись ей возражать. Оказалось, что их комитет давно уже славится своими щедрыми пожертвованиями на миссионерскую работу в Индии, поэтому многие дамы заявили, что сгорят со стыда, если в этом году эта сумма будет урезана из-за какого-то Джимми. Сказано по этому поводу было много, однако Поллианна сумела понять не всё, хотя и слушала очень внимательно. Получалось как бы так, что этим дамам было, в принципе, всё равно, на что пойдут собранные ими деньги. Главное, чтобы их благотворительный комитет продолжал занимать первое место в каком-то «списке». Поллианне искренне хотелось думать, что она просто чего-то не понимает или понимает не так, как надо. Ну не могут же дамы из благотворительного комитета думать именно так, как ей кажется? Непонятно было это всё, и неприятно, поэтому Поллианна была действительно, безо всякой игры, рада вновь оказаться на улице, на свежем воздухе. Конечно, к её радости примешивалась грусть при мысли о том, как тяжело ей будет сказать завтра Джимми Бину, что комитет решил передать все свои деньги на далёкую Индию, вместо того чтобы потратить их часть на мальчика, который живёт в их родном городе. И всё только потому, что иначе «комитет не будет отмечен в годовом отчёте», как сказала одна сухопарая дама в круглых очках.

– Нет, давать деньги на перевоспитание язычников дело хорошее, кто же спорит, но почему же, почему эти дамы ведут себя так, что своих бездомных мальчиков можно вообще не принимать в расчёт и не давать на них вообще ничего? – вздыхая, размышляла вполголоса сама с собой Поллианна, медленно бредя по улице.