Меланиновый синдром

– Кошмар приснился?

– С ч-чего т-ты взяла? – зуб на зуб не попадал, дрожь пробирала до самых костей.

Роза пожала плечами.

– Ты так ворочалась во сне. И даже говорила.

– Я говорила во сне?

– Да. Что приснилось? – не унималась Роза, подавая Геле чистое полотенце.

Только та раскрыла рот, чтобы ответить, как завибрировал мобильник, заставив обеих сестер синхронно вздрогнуть. Поскольку Ангелина ничего не предпринимала, Роза сама взяла ее телефон, который по обыкновению валялся в изголовье, и отключила звук.

– Так что приснилось?

С горем пополам усевшись, Геля опустила глаза.

– Да я… резко забыла, – постепенно возвращались привычные интонации ее голоса, что было, несомненно, хорошим знаком.

Хотя морозить не перестало.

– Ну и правильно. Не надо плохие сны запоминать. Вставай давай. Пора собираться. Анализы нужно успеть сдать до одиннадцати. И не забывай, что кровь сдается натощак.

Геля не удержалась от меланхоличного смешка.

– Думаю, с этим проблем не будет.

***

Уже на подходе в клинику Ангелина почувствовала: еще немного, и она разревется, как пятилетняя девочка.

Роза в буквальном смысле тащила ее за руку до самой регистратуры, пока она шмыгала носом и, вся в слезах, лепетала о том, что ей уже намного лучше, «давай поедем домой, я еще денек отлежусь, и все будет нормально».

– Тебе не стыдно! – Роза с нескрываемым смятением наблюдала, как Ангелина одной рукой размазывает влагу по опухшему лицу, а другой – терзает плечо и предплечье сквозь ткань кофты.

 – Ты чего вся чешешься?

– Ничего, – Геля сразу перестала это делать, но как только сестра отвлеклась на смартфон, мигом возобновила свое занятие. Наверное, это от нервов…

После забора крови милая девушка в розовом медицинском халате сообщила, что результаты будут готовы только в начале следующей недели, так как в выходные лаборатория не работает.

– Может, тогда к врачу все-таки во вторник? А то что мне там без анализов скажут? Сейчас бессмысленно идти!

Но одного Розиного взгляда хватило, чтобы Ангелина мгновенно стушевалась и промямлила что-то компромиссное.

Ей овладела совершенно неконтролируемая двигательная расторможенность, не позволяющая усидеть на месте: руки тряслись, зубы стучали, от страха тошнило еще сильнее, а утренний душ оказался абсолютно бесполезен.

– Сядь, расслабься, – но слова Розы были пропущены мимо ушей. Ангелина начала ходить туда-сюда по коридору, и сейчас ее в последнюю очередь заботило, что она кому-то мешает.