Река

Высокие горные ботинки, гражданские, отличного качества, но уже ношенные. Носил их не Егор, и из-за этого ему все время казалось, что он их украл. Усилием воли отводит глаза от ботинок, и старается не думать.

Они все стараются не думать. Не думать о том, что часть их снаряжения снята бережливым завскладом с убитых в темных и холодных туннелях и подсобных помещениях новосибирского метро бойцов. Не думать о том, что если им суждено погибнуть, то уже никто больше не воспользуется этим снаряжением и формой.

Как ни странно, эта мысль приносила некоторое облегчение. Только начальник поста, пропускающий их наружу, откуда-то сбоку восхищенно цокнул языком:

– почти Терминаторы. Целых трое.

НУ, нет у старшОго ощущения неправильности. Привык в этой подземной тюрьме все измерять меркой сохранения ресурса. Человеческого и материального. Двадцать лет, и без того бережливо-медлительные сибиряки прячутся от страшного врага под землей…

Заскрипел противно ворот на затворе первых ворот. С сухим хрустом что-то раздвигалось снаружи воротами вбок.

Что-то – это куски покореженной пластмассы, крупные куски разваливающихся бетонных стен, и еще что-то желтовато-серое… С кусками ткани, сгнившей и уже неопределимого цвета. Кажется, это останки. Несколько костей человеческого (или нет?) скелета. Кто-то, размером с небольшую собаку, исчез в дыре между стеной и вторыми воротами, и тут же ослепительный луч прожектора ударил в спину всем троим, да так, что почти физически бойцы подались вперед. Клацнул тросик затвора на КПВТ – 14,5 мм крупнокалиберный пулемет, снятый с какого-то бронетранспортера, и турель, до этого смотревшая вверх, развернулась в открывающийся проем.

Старший поста и полковник Сергунцов подошли к засовам на внешних воротах с обеих сторон от центра. ДАрев и его бойцы изготовились к стрельбе: звякнули затворы калашей, стоявшие справа и слева Алиса и Егор шагнули вбок, Микон опустился на одно колено.

Глухой металлический звук, повторившийся дважды, обозначил, что ворота ничто не удерживает.

И словно по команде, начальник поста и всей военной братии подземки линии стали выталкивать створки ворот наружу.

Свет! Свет, свет, свет!!! Прожектор, оставшийся за спиной, сразу же превратился в малюсенький солнечный зайчик – такой была сила дневного света, ввалившегося стеной внутрь темного нутра подземки. Из всех пятерых только Алиса была в очках, и даже она склонила голову под напором светила.