Похищенный огонь

Я не выдержала, схватила ближайшую подушку и швырнула в Тео. Нарушитель порядка ловко отскочил и, довольно урча, ускакал в спальню.

– Да чтоб тебя!

– Что?! – раздался из капсулы возмущенный голос главы центра.

Я прикусила губу.

– Прошу прощения, госпожа Красович, я… ударилась!

Женщина буркнула что-то вроде «надо быть осторожнее» и вернулась к поставленному вопросу:

– Выбора у тебя нет, но мне все же нужно, чтобы ты произнесла клятву о неразглашении, иначе файл не отправится.

Поморщившись, я поглядела на часы.

Почти полдень.

Спорить бесполезно, оставалось уточнить детали.

– Я, Люция Сотис, код номер 8282021, обязуюсь держать детали заказа номер…

– Пятьсот семь. – услужливо подсказала Красович.

–…пятьсот семь в строжайшем секрете, согласно кодексу о приватности личной тайны.

Мобильный тут же запищал принятым сообщением, я открыла документ.

– Дело бла-бла-бла… Профессор Корнелий Уилсон бла-бла-бла… Диагноз: повреждение коры головного… старческий маразм на фоне отравления…

– По дороге прочтешь, дело срочное! Я уже отправила Марку твою локацию, готовься выходить.

Я приподняла голову и удивленно поглядела на капсулу:

– Госпожа Красович, но тут стоит адрес главной лаборатории!

– Так и есть. Сотис, этот человек… кхм… очень важен для господина Рина, поэтому институт добился разрешения проводить его реабилитацию на территории лаборатории, – на мгновение мне показалось, что голос женщины дрогнул, но она быстро взяла себя в руки. – Итак: читаешь досье, действуешь строго по регламенту и лишних вопросов не задаешь.

Сделаешь предварительное заключение, после чего отправишь данные мне и сотрешь эту задачу из своей головы. Чем быстрее закончим, тем лучше.

Еще бы! Внутренние дела института – дела фракции, им не место снаружи. Каждый уважающий себя житель «Единства» знал, как фракции ценят приватность.

– Хорошо, госпожа Красович, но я рассчитываю на официальное принятие в штат. И дополнительные выходные. И двойные… нет, тройные сверхурочные! – улыбнулась я, снова поднимая чашку.

В конце концов, должны же мне компенсировать неудобства!

Женщина хмыкнула.

– Ты мне нравишься, Сотис, есть в тебе умеренная наглость, – но тут ее посетил очередной приступ кашля и Красович прокаркав «действуй строго по регламенту!», бросила трубку.

Я плюхнулась на диван и застонала.

– Не собиралась за город – поедешь в глушь! – пожаловалась я в потолок.

Колонки пронзил удивленный вскрик. Василиса все еще висела на проводе.