Последняя жемчужина

«Девица» вся деревянная, книзу пошире и окована железными обручами, кверху же несколько поуже; сквозь талию у нее продета палка, концы которой изображают руки «девицы».

Такие-то две «девицы» и стояли на дворе, вместе с лопатами, саженями и тачками. Вели они разговор о том, что «девиц», по слухам, скоро переименуют в более подходящее для них название – в штемпеля.

У нас, как известно, есть так называемые «эмансипированные женщины»: повивальные бабки, танцовщицы, которым по долгу службы приходится стоять на одной ноге, модистки, швейки и др.

К ним принадлежали и две «девицы». Числились они на службе по министерству путей сообщения, очень дорожили своим добрым старым именем и слышать не хотели, чтобы их переименовали в «штемпеля».

– Чего доброго, еще жених от меня откажется, – сказала младшая, просватанная за копра, большущую машину, что сваи вбивает. Машина эта исполняет одну работу с девицею, только работа ее потяжелее и погрубее. – Как девицу он готов взять меня замуж, а возьмет ли штемпеля – еще вопрос.

Ни за что на свете не соглашусь менять имя.

– А я дам себе скорее обрубить обе руки, – сказала старшая.

У тачки на этот счет было свое мнение. Персона она была важная, считала себя не кем-нибудь, а четвертью кареты, – одно-то колесо у нее ведь было.

– Позвольте заметить вам, – начала она, – что девица – слово довольно заурядное; то ли дело штемпель! Оно звучит благородно, а вместе с тем и почетно. Получив название штемпеля, вы станете на одну линию с государственной печатью, а без нее, как вам известно, не действителен ни один закон.

Будь я на вашем месте, я сама бы отказалась от имени девицы.

– Никогда! Я слишком стара для этого! – сказала старшая.

– Вы, как я вижу, еще не знакомы с так называемой «европейскою необходимостью»? – вмешалась в разговор почтенная старая сажень. – Хочешь не хочешь, а приходится иной раз сокращать себя и к обстоятельствам применяться. По-моему, раз вышел приказ зваться девицам штемпелями, пусть и зовутся.

Нельзя все мерить на свой аршин.

– Ну, уж так и быть, пусть зовут меня барышней, – согласилась младшая. – Все-таки это ближе к девице.

– А я скорее дам изрубить себя в щепки! – сказала старшая «девица».

Тут настало время отправляться на работу. Наших «девиц» повезли на тачке; что и говорить, обходились с ними деликатно, но звали их уже «штемпелями».

– Де…! – запротестовали было они, стукнувшись об мостовую.