Рождение души

Рядом с ним парило несколько свитков

– Спокойствие Биению, госпожа экзарх! Артси Хессиль. – он склонил голову. – Светлейшая Наама велела передать вам перечень необходимых трав. Серафим настоятельно просила поторопиться.

Суламифь приняла подлетевший свиток. Раскрывая послание, она велела:

– Кадмиель помоги юной артси собрать подписи, – она уткнулась в бумаги. – Чтобы без приключений!

Я растеряно поглядела на забывшую обо мне Светлейшую. Было жаль прерванного разговора, но Староста поспешил вытянуть меня из кабинета и закрыл за нами двери.

Мы двинулись прочь от кабинета экзарха к выходу из учительского крыла. Я все ждала, что староста отпрянет от меня, выискивая сходства с чудовищами, но он лишь улыбался.

– Если Светлейшая велит идти, мы идем. Велит руку себе отгрызть, мы отгрызем, наконец произнес он. – Дети Порядка, что уж тут скажешь?

– Какое у вас тут безоговорочное послушание…

– Мы зависим от вышестоящих гораздо больше, чем кажется. – ангел потер свою руку, глядя на пальцы.

Как же, «дисциплина»! Я насупилась.

– Тяжелый первый день вышел? – Кадмиель кивнул на мою перевязанную конечность. – Где Арье?

– Выполняет поручения начальства, если я правильно поняла, – я неопределенно махнула рукой.

– Надо было отвести тебя!

Доброжелательность старосты беспокоила. Мне было сложно поверить, что этот ангел искренне был рад моему обществу.

– Все в порядке, Кадмиель, не нужно со мной носиться! Тебе должно быть неприятно находиться рядом…

Староста раздраженно взмахнул крыльями:

– Мне жаль, что остальные производят впечатление неадекватных идиотов, Хессиль, но прошу не судить о книге по обложке.

Староста крылом толкнул парящие рядом свитки ближе ко мне.

– Мои конспекты! – я схватила скрученные листы. – Откуда?!

Улыбка вернулась на лицо парня, ямочками отразилась на щеках.

– Забрал из Зала Проекций после занятий.

Мы спустились в общий зал, обмениваясь менее щекотливыми вопросами. Продолжая поражать, староста самостоятельно собирал подписи. Светлейшая Наама шибко торопилась, обвешанная сумками с пахучим содержимым. Внутри звякнули склянки, когда она цепко ухватила мою руку.

– Жить будешь! – хмыкнула Светлейшая, прежде чем поставить кривоватую подпись и побежать дальше.