Рождение души

Не дай Порядок, он станет вытягивать из меня детали! Кто знает, как я могу проговориться…

– Мал! – Лаван одернул друга.

Артси, казалось, пребывал в мирном настроении, потому напирать не стал.

– Что?! Я же не спрашиваю, кем она была, просто выражаю мнение! – парень снова приложился ко фляге. – Веселись, Хессиль, нам это редко позволяют.

«Нам» звучало многозначительно. Сложилось впечатление, что Малкиель имеет в виду не всю ангельскую братию, а конкретно артси.

– Арье тоже сюда ходит? – спросила я, опасливо оглядывая пещеру.

Не дай Ордо этот изверг тоже пришел.

Малкиель расхохотался. Лаван покачал головой и ответил:

– Нет, твой наставник редко отдыхает. Он скорее… прагматичный тип.

– Арье хаосова заноза в заднице, – отсмеявшись вставил красавчик. – Никогда не веселится, слишком много сил тратит на поддержание имиджа непризнанного героя Гнезда.

– Зачем ему это?

– А ты еще не заметила? – Мал приподнял темные брови. – У него крыльев нет.

Опять о крыльях!

– Ну и что! У многих тут их нет, – я забрала фляжку из рук Малкиеля и аккуратно пригубила.

Жидкость снова обожгла горло, едва не пошла обратно.

– Да, но то первокурсники. А Арье в академии почти тридцать Биений.

– То есть очень долго, – пояснил Лаван. – Не думай, Хесса, вины никакой за ним нет и показатели у Арье всегда самые высокие, даже для ангела…

– Аж бесит! Флегон из-за него вечно на взводе!

Несколько студентов накидали сухих веток и принялись разжигать костер. Стоило маленькой искорке отлететь от камня, как Селестия подхватила ее воздушным потоком и раздула в несколько раз.

Огонь жадно набросился на ветки.

С каждым глотком ночь становилась все теплее, и я, наконец, смогла расслабиться. Лаван с неожиданно дружелюбным Малкиелем терпеливо отвечали на миллион моих вопросов.

Они рассказали о наставнике. Арье вырос в Грозовом Гнезде, воспитанный экзархом и Светлейшей Наамой. Никто не знает наверняка, но ходят слухи, что его родители были развеяны за невиданные по своей силе прегрешения, вот и Арье попал в немилость.

Теперь парень вынужден лезть из кожи вон, чтобы Светлейший Совет оттаял и простил ему преступления родителей.

– Это не дает засранцу право отыгрываться на мне… – я развалилась на траве возле входа в пещеру. Кажется, жгучая ангельская бурда положительно влияла на всех присутствующих – ни боли в теле, ни натянутых до предела нервов.

Парни переглянулись:

– Работа наставников почти так же ценна, как победа в турнирах.