Потентиллум. Книга первая. Четверка и белый вар

Увидев ребят, парочка резко отстранилась друг от друга.

– Вы говорите, Изольда Павловна, и проводку здесь менять надо,… – громко проговорил мужчина.

– Да-да, и проводку и пожарную сигнализацию, Артур Самуилович, – отозвалась она, злобно сверкнув на ребят глазами.

Все трое, не сговариваясь, кинулись наутек. Молнией донеслись до пищеблока, отдали бумаги и прибежали в свою комнату. Даша уже ждала их сидя на подоконнике, где стоял внушительного размера пакет с её вещами.

– Дашка! – с порога выдохнул запыхавшийся Саша, – Мы сейчас видели, как Изольда обнималась с Зельцем! – и в ответ на непонимающий взгляд сестры добавил, – Ну тот, толстый дядька из администрации, который мне грамоту на кроссе вручал.

Помнишь? – каким-то непостижимым для себя образом, в прошлом году, Саша умудрился пробежать майскую эстафету и выиграть не только в своем возрасте, но и среди большинства старшеклассников.

– А она вас видела? – встревожилась Даша.

– Да, з-з-зыркнула так – ужас, – выдавил Антон, наливая в стакан воды, – он всегда начинал заикаться, когда сильно волновался.

– Да ну её, эту Изольду. Скоро автобусы придут, – глянув на часы, Вася стал перекидывать из шкафа на кровать свою одежду. – Собирайте барахлишко, озеро ждет!

Через несколько минут, когда кое-как скомканные вещи ребят втиснулись в пакеты, в дверь постучали. На пороге стоял медработник, и вид у неё был совсем не веселый.

– Ребятушки, простите, но вы никуда не едете. У вас медотвод, у всех четверых, – она опустила глаза в пол.

– Светлана Дмитриевна, как? Почему? – затараторила Даша. – Мы же все лето в городе на такой жаре…

– Дашенька, я ничего не могу поделать. Это не мое решение. Простите, я не могу по-другому,… – Светлана Дмитриевна с мрачным видом вышла из комнаты.

– И Татьяна Николаевна в командировке еще, что делать-то? – растеряно посмотрел на друзей Вася.

В начале одиннадцатого, когда все уже расселись в автобусах, из вестибюля вышла Любашкова.

Пройдя полпути до ворот, она развернулась на каблуках и картинно помахала рукой несчастной четверке, наблюдавшей за всем из окна своей душной комнаты глазами полными слез от обиды и несправедливости.

– Это все Изольда, это она медичку заставила, – Саша сжал кулаки до белых костяшек. – Чтоб тебя,… – он с силой треснул по подоконнику. В эту секунду высоченный лакированный каблук Изольды Павловны подломился, и она, потеряв равновесие, грохнулась на асфальт.