Горизонтальная война. Снимая маски

Подскочившая девочка, испуганно чиркнула каблуком и, едва не упав, помчалась выполнять заказ.

Сжав под столом руки, я замерла и села прямо, стараясь максимально расслабиться. С этими двумя нельзя казаться слабой. Они, как звери, слабость, как и страх нутром чуют.

– Глеб, Борис, спасибо за поздравление. Но я, всё же, хотела бы услышать ответ – что вам нужно именно здесь? У нас семейный ужин.

– Семейный?.. – напрягся Глеб. – Что это значит?

– Я, Лиза и Никита – семейный ужин, – как можно мягче пояснила я, понимая, что втягиваю ни в чём не повинного парня в свои проблемы.

Но деваться некуда.

– Девчонка моя дочь, – прищурил глаза Глеб. – Да и этот дрыщ здесь ненадолго. Впрочем, как и все прежние. – Хохотнув, он подцепил ногтем меню, будто боялся запачкаться. – Мел, ты опускаешься всё ниже и ниже. Неужели, кроме этого убожества не нашлось никого более достойного? Он же на дешёвого актёра похож. Позёр.

– Это не твоё дело, – парировала я.

В этот момент официантка принесла Борису виски и испарилась.

Медленно качнув бокал, он сделал глоток и брезгливо сморщился:

– Паршивенько.

Отставив почти нетронутый бокал в сторону, Домогаров щёлкнул портсигаром, и прикурил тонкую сигарету. До моего носа тут же донёсся запах ненавистного ментола. Выпустив струйку дыма, брат Глеба отвернулся к окну, намеренно игнорируя наш разговор. В последнее время, мне всё чаще казалось, что он стал тенью своего близнеца, его вторым Я.

А ведь когда-то он был тем, кто буквально вытащил меня из депрессии.

Что же изменилось?

– Мелания, – начал Глеб, слегка склонив голову набок, и листая меню, – мне откровенно наскучила эта гонка. И ты и я знаем, что нужно делать. Так что давай, не будем тратить время попусту. Избавься от этого недоразумения и пошли с нами. Девчонку, так и быть, можешь взять с собой.

– Я за тебя не выйду, – мотнула головой. – Я лучше умру, Глеб, но женой твоей не стану, и не позволю Лизе войти в твою семью.

– И чем же он лучше меня, – напрягся Домогаров.

– Никита живой.

 – Я устала от этого. Просто устала. – А ты мёртвый Глеб. Тебя, кроме внешнего лоска и денег, больше ничего не волнует. Ты тратишь миллионы, содержа штат любовниц, и презираешь слабость. Я лишь трофей.

– Трофей? – Он вытащил ювелирную коробочку из пиджака и небрежным движением открыл. Внутри лежал инкрустированный синими сапфирами изящный ошейник. – С днём рождения, Мелания. Сегодня среда, через два дня я заеду за тобой и Лизой. Я даже даю добро на прощальный секс.