Солнечный песок

По краям маленького подземного ручейка росла небольшая колония съедобных грибов. Теперь становилось понятно, чем питались хвостоноги. Впрочем, они не брезговали и червяками. «Грибы – это хорошо! Если сходить за свежими докку, то, пожалуй, их можно будет вместе потушить,» – раздумывал Зиндрик, раскапывая глину на дне коллектора. Когда показалась совсем уже мокрая глина, Зиндрик от удовольствия даже зашипел мелодию. Воды оказалось достаточно. Грибов же он нарезал полрюкзака.

После полуденного супа он опять приступил к заготовке воды и полностью её завершил.

Мысль использовать позвоночник хищника в качестве лестницы оказалась удачной – он с относительной лёгкостью весь день лазил по ней вверх и вниз пока не наполнил термос, канистру и флягу. А потом ещё времени хватило сходить в предместье на дикое поле, выкорчевать несколько докку и закончить огненную букву. Вечером, уже после заката Зиндрик собрал рюкзак и заполнил мешок. Он решил взять с собой только необходимое: еду, воду, лопату и блокнот. Содержание важных книг было скопировано на последнюю страницу блокнота. До ночи Зиндрик переводил, принесённые из залов астробиблиотеки глиняные книги, но в основном они представляли собой малосодержательные записи: административные приказы и жреческие наставления, долговые расписки, учёт животных и товаров. И, тем не менее, даже они будут представлять ценность для восстановления истории, но, конечно, тогда, когда до них доберётся новая экспедиция Академии. А для этого требовалось выбраться отсюда или хотя бы донести сообщение. Зиндрик кратко, как и его предшественник, записал все события последних дней, свои наблюдения и мысли, запечатал в термос вместе с записками и копиями таблиц Зимри. После чего занёс термос на второй этаж и оставил его в глухой комнате. Вернулся в подвал, закрыл люк. Предстояла очередная ночь, а завтра он планировал пройти максимум от дневной расчётной нормы шагов.

***

Острый горячий воздух дюн обжигал ноздри. Зиндрик вытряхнулся из мешка, и сразу начал готовить остатки еды.

После Быстрого Песка, в который он попал вчера, у него оставалась открытая консервная банка. Кронга он давно доел. На дне жестяной банки среди крупиц зерна и жира плавали волокна мяса. По его расчётам до станции ещё около трёх дней пути, а из еды четверть банки и воды полфляги. Пустой термос сейчас лениво перекатывался в рюкзаке. Зиндрик вспомнил проклятый второй день и понял, что до станции он просто не дойдёт. Силы грозили покинуть его.