Возлюбленная горца

Когда же она ответила согласием, он был на седьмом небе от счастья.

Но затем… Затем на них напали разбойники! Он дрался отчаянно, он даже убил двоих или троих, но их было слишком много. Джеймс вспомнил, как вонзил в грудь противника кинжал, – а вот что было потом? Ох, этого он не помнил.

Но что стало с Давиной? Спаслась ли она? Или ее похитили? А может, убили?

Превозмогая чудовищную боль, Джеймс громко позвал Давину по имени. И тут же дверь спальни распахнулась, и в дверном проеме возник силуэт грузного мужчины.

– Вы очнулись? – спросил он.

– Да, уже… – прохрипел Джеймс.

– Тогда я приведу лэрда, – сказал мужчина и тотчас ушел – Джеймс так и не успел ни о чем его расспросить.

Собственная беспомощность ужасно раздражала, но Джеймс приказал себе сохранять спокойствие. Наконец в спальню вошел лэрд Армстронг, а с ним – двое мужчин, в одном из которых Джеймс узнал начальника караула (второй был ему незнаком).

– Вижу, ты решил вернуться в мир живых, – произнес Армстронг, хмуро глядя на раненого.

– Где Давина? – спросил Джеймс.

– Прикована к постели. – Лэрд Армстронг был мрачнее тучи. – Она опозорена и избита. Ее мучают кошмары, и она кричит по ночам. Мои люди нашли вас обоих в нескольких милях от замка. Нашли в беспамятстве и истекающих кровью. Что произошло?

«Давина жива!» – мысленно воскликнул Джеймс, и сердце его переполнилось радостью. Но радость мгновенно сменилась печалью. Давина жива, но искалечена?…

– На нас напали, – со вздохом ответил молодой рыцарь.

– Кто именно?

– Разбойники. Негодяи.

– Но мои люди никого не видели. А в деревне никто не ограблен. И урожай не тронут… – Лэрд Армстронг криво усмехнулся. – Что ты нам можешь о них рассказать?

Джеймс тяжело вздохнул и едва не потерял сознание от боли в груди.

– Их было шестеро, но пледов на них не было. И щитов с гербом клана – тоже. Они появились внезапно.

– Могу лишь догадываться о том, чем вы занимались в том безлюдном месте с моей племянницей, если вас застали врасплох, – с мрачной ухмылкой заметил вождь.

Джеймс со вздохом стиснул зубы. Немного помолчав, заявил:

– Поверьте, сэр, я люблю Давину, поэтому никогда не сделал бы ничего такого, что могло бы бросить тень на ее честь и добродетель.

Лэрд Армстронг недоверчиво хмыкнул, потом спросил:

– Шесть человек приблизились к вам, а ты ничего не услышал? Я думал, Маккена лучше тренирует своих воинов.

«Да так и есть.