Волшебный свет

Я киваю, и она берет у меня лопату.

Берусь за дерево покрепче, и мы продолжаем взбираться по склону. Местные любовно называют Кардиналз-Пик «горой». Мы идем по протоптанной дорожке, которая три раза огибает гору и ведет к вершине. Луна как обрезок ногтя – едва освещает склон. За поворотом без фонариков уже не обойтись. А пока мы светим по сторонам и отпугиваем копошащееся в кустах мелкое зверье.

– Так, значит, встречаться с парнями, которые работают на базаре, тебе нельзя, – рассуждает Хизер, словно продолжая прерванный разговор, над которым она долго размышляла.

 – Тогда давай вместе придумаем, с кем бы еще ты могла… ну… провести время.

Я смеюсь, незаметно достаю фонарик из заднего кармана и свечу ей в лицо.

– О! Да ты, я смотрю, не шутишь!

– Не шучу!

– Ну уж нет, – отвечаю я, наблюдая за ее реакцией. – Нет и еще раз нет! Во-первых, до Рождества у нас куча работы и ноль свободного времени. Во-вторых – и это принципиальный момент! – я живу в трейлере на елочном базаре! Что бы я ни делала, что бы ни сказала, отец всегда в двух шагах.

– Но попробовать все равно стоит, – отвечает она.

Наклоняю елку, чтобы иголки не лезли в лицо.

– И еще. Представь, что бы ты почувствовала, если бы знала, что придется бросить Девона сразу после Рождества? Это же ужасно!

Хизер достает лопатку из заднего кармана и идет дальше, постукивая ею по ноге.

– Ну, раз уж ты об этом заговорила, я, вообще-то, так и планировала.

– Что?!

Она пожимает плечами.

– С твоими-то принципами тебе наверняка покажется ужасным то, что я…

– Почему все считают меня принципиальной? Что это вообще значит?

– Да не ерепенься ты, – смеется Хизер.

 – Я люблю тебя как раз из-за твоих принципов. У тебя такой крепкий… как это говорится… моральный фундамент, вот. И это здорово. Но девчонка, которая планирует кинуть своего парня сразу после Рождества, рядом с тобой выглядит не лучшим образом. Ну, то есть на твоем фоне.

– Как можно планировать бросить парня за месяц?

– Ну… жестоко было бросать его перед Днем Благодарения, – объясняет Хизер.

 – Вот сидит он за столом с родными и говорит – что? «Я благодарен за то, что мое сердце разбито»?

Несколько шагов мы молчим, а я обдумываю ее слова.

– Наверное, подходящего момента никогда не представится, но ты права – есть дни, в которые расставаться точно не стоит. Так давно ты это решила?

– Еще на Хэллоуин, – отвечает она. – Но у нас были такие классные костюмы!

Мы сворачиваем за угол, и лунный свет меркнет.