Волшебный свет

В благодарность мои мама с папой присылали им шикарную елку, несколько рождественских венков и пару рабочих – помочь повесить гирлянду на крыше.

Элизабет вздыхает.

– Подарки. Ну пожалуйста.

Я рву упаковку с одного края.

Девчонки, конечно же, правы. Я бы рада провести в Орегоне хотя бы одну зиму, прежде чем мы окончим школу и разъедемся кто куда. Я же давно мечтала увидеть конкурс ледяных скульптур и все те интересные вещи, о которых слышу только со слов подруг.

Но каникулы в Калифорнии – единственная возможность повидаться с моей третьей лучшей подругой.

Раньше я звала Хизер «зимней подругой», но давно перестала. Она лучшая, и точка. Прежде мы виделись еще и летом – я по несколько недель гостила у бабушки с дедушкой, но когда те умерли, это прекратилось. Теперь я переживаю, что не смогу радоваться празднику вместе с Хизер, зная, что в следующем году уже не вернусь.

Рэйчел встает и идет через сцену.

– Принесу кофе.

– Она открывает подарки, – кричит Элизабет ей вслед.

– Пока только твой, – откликается Рэйчел.

 – Мой с красной ленточкой.

В первой рамке, завернутой в упаковку с зеленой ленточкой – селфи Элизабет. Она высунула язык влево, глаза скосила вправо, каждая вторая ее фотография выглядит именно так – за это я ее и люблю.

Прижимаю рамку к груди.

– Спасибо.

– Не за что, – краснея, отвечает Элизабет.

– Открываю твой! – кричу я за сцену.

Рэйчел медленно идет к нам, неся три бумажных стаканчика с обжигающим кофе. Мы разбираем стаканчики. Я ставлю свой рядом, Рэйчел садится напротив, и я разворачиваю ее подарок.

Я буду ужасно скучать, пусть мы и расстаемся всего на месяц.

На фото Рэйчел отворачивается и прикрывает свое милое лицо рукой, будто не хочет, чтобы ее фотографировали.

– Пыталась изобразить, что меня преследуют папарацци, – объясняет она. – Типа я знаменитая актриса, выхожу из крутого ресторана. Сзади еще должен идти шкаф-телохранитель, но…

– Но ты не актриса, – возражает Элизабет. – А художник по декорациям.

– Все это – часть моего гениального плана, – парирует Рэйчел.

 – Знаешь, сколько в мире актрис? Миллионы. И все они из кожи вон лезут, чтобы их заметили. Это ужасно раздражает. А вот я в один прекрасный день буду делать декорации для знаменитого продюсера. Тот посмотрит на меня и сразу поймет, что такую красоту грех прятать по другую сторону камеры. Меня нужно снимать, подумает он. И решит, что открыл мой талант – но я-то буду знать, что на самом деле заставила его себя открыть.