Похититель историй

– Значит, буквы просто вылетали из книги? – спросила Табула Смарагдина.

– Да, как морские чайки, – подтвердил Паульхен.

– А что это была за книга?

– Я её осмотрел, – важно сказал Реджинальд. – Это было издание «Робинзона Крузо».

– Хмм… – Дина задумчиво потёрла свой острый нос. – Робинзон! – затем позвала она. – Подойди-ка сюда.

Ещё один агент спрыгнул вниз с одной из полок. Его серая обложка походила на шерстяную ткань, а лицо обрамляла длинная, косматая борода, достающая до самых ног. «Робинзон Крузо», – гласили серебристые буквы на обложке.

– Робинзон, – с материнской заботой в голосе обратилась к нему старинная книга заклинаний. – Как у тебя дела?

– Эм… хорошо! – ответила косматая книга. – Всё замечательно. Не могу жаловаться. Только… – он замолк и смущённо почесал бороду.

– Да? – нетерпеливо подалась вперёд Хеди. – Только что?

– Ну то… – пробормотал Робинзон. – Я уже не молод. Всё же я был написан почти 300 лет назад. И кое-что забывается.

– Забывается? – спросила Дина.

У Робинзона был несчастный вид.

– Моя книга ведь рассказывает историю моряка, который оказался на необитаемом острове. Но… Я больше не знаю, как он вернулся домой, – голос Робинзона звучал весьма удручённо. – Я не могу вспомнить конец истории. Как будто этого никогда не было на моих страницах.

Реджинальд рьяно поднял руку.

– Конец Робинзона Крузо? – вскричал джентльмен-детектив. – Это знает каждый ребёнок! В конце происходит… Эм… В общем, происходит… Ну да, что-то всё-таки происходит, – он беспомощно замолчал.

А Табула Смарагдина крикнула собравшимся:

– Кто-нибудь здесь знает, как заканчивается история Робинзона?

Ответа не последовало. На всех полках воцарилось молчание.

– Но как такое возможно? – зарыдал Робинзон. – У любой истории должен быть конец! Он не может просто исчезнуть…

Вдруг из тени самого дальнего стеллажа показалась крупного размера книга. Опираясь на корявую трость, тяжёлыми шагами она вышла на свет.

Этот книжный агент тоже был в возрасте, с серебряными очками на носу и роскошными бакенбардами, торчащими на его лице подобно кошачьим усам. «Детские и семейные сказки братьев Гримм», – гласили затейливые буквы на его обложке.

– Это был Мистический цензор! – зловеще сообщила книга.

По стеллажам раздалось испуганное шушуканье.

– Ах, Гримм! – с раздражением воскликнула Дина. – Прекрати пугать их своими страшными историями.