Одинокие души

Я испуганно замираю, а Кира, выпустив мои руки, выпрямляется. Входят родители. Мама удивленно останавливается, увидев в палате гостью, а папа, наоборот, не меняя скорости, обходит Киру, кровать и оказывается с противоположной от нее стороны.

– И что ты здесь делаешь? – спрашивает он, закатив рукава халата. – Посещения строго запрещены.

– Я должна была увидеть ее, Андрей Александрович.

– Увидела? Теперь можешь уходить.

– Да, конечно. – Кира направляется к выходу. Перед дверью она останавливается.

 – Я еще приду к тебе.

– Кира, – холодно произносит моя мама и скрещивает на груди руки. – Тебе пора.

– До свидания, Вероника Николаевна. До свидания, Андрей Александрович.

Дверь закрывается, а я не могу дышать. В голове что-то взрывается, я плыву, лечу, падаю. Сначала мне кажется, что я и правда сошла с ума. Мне мерещатся космос, невесомость, пелена перед глазами. Но потом я осознаю, что не могу видеть отчетливо из-за слез, которые застлали глаза. Мне становится душно.

Перепады настроения жутко пугают. Я еще не отошла от шока, ведь только что вспомнила один момент из прошлой жизни, а сейчас вдруг оказалось, что моя прошлая жизнь никогда не покидала меня. Ее просто надежно скрывали.

– Вы знакомы? – Я произношу это так тихо, что меня трудно услышать. Смотрю на маму и чувствую, как жаром обдает лицо. – Вы знаете Киру?

– Тебе нужно поспать, Лия, – безучастно бросает она и отводит взгляд в сторону. Тогда я поворачиваюсь к папе. Он наливает в стакан воды и готовит таблетки.

На меня даже не смотрит.

– Пап. – Ноль реакции. – Пап! – требовательнее повторяю я.

– Давай поговорим после того, как ты поспишь, – предлагает он, протягивает стакан, но я качаю головой и отстраняюсь.

– Нет! Хочу сейчас услышать ответ.

– Лия.

– Вы меня обманывали. – Мне становится больно. Где-то в груди появляется новая рана, только на этот раз душевная. – Вы скрывали от меня то, что было важным и ценным. Я столько месяцев жила с пустотой и страхом одиночества, а сейчас оказывается, что это было бессмысленным.

Ненужным.

– Лия, – начинает мама. – Тебе нельзя общаться с этой девушкой, с Кирой. Серьезно. Послушай меня, ничего хорошего она тебе не сделает и не скажет.

– Мы ведь были подругами, так? – Такое чувство, что меня накачали наркотиками. Я потерялась в пространстве, но продолжаю трезво мыслить. – Поэтому она помогает мне, поэтому мы с ней быстро нашли общий язык.