Безжалостный рыцарь

Он снова водится с Локи, и я не хочу, чтобы ты или Бьянка были в этом замешаны. Выгнать его – единственный способ защитить вас.

Мы не часто ссорились, но пошел-ка он со своей надменностью.

– Оукли не Уолтер Уайт, Джейс. Он твой лучший друг, и в его жизни происходит настоящее дерьмо. Если ты заставишь отца выгнать его, ты подпишешь ему смертный приговор, потому что он начнет еще больше общаться с Локи, и мы оба знаем, чем закончатся эти отношения.

Они закончатся Оукли, валяющимся мертвым в канаве или выпрашивающим мелочь на углу улицы на новую дозу.

– Он причиняет боль Дилан. – В глазах брата вспыхнул гнев. – Оукли может лажать сколько угодно, мне все равно, но Дилан нет. Прошлой ночью, после того как он ушел, она плакала, пока не уснула, потому что он был под кайфом, а это, черт возьми, не нормально.

Я фыркнул.

– Похоже, твоей маленькой паиньке нужно взять себя в руки.

Я был рад, что Джейс счастлив, но его девушка за последнее время вошла в мой топ дерьмовых людей.

После того, как несколько месяцев назад произошла та ситуация с Сойер, Джейс отчитал меня и сказал, чтобы я держался от нее подальше, потому что Дилан надерет мне задницу, если я снова причиню боль ее драгоценной лучшей подружке.

Когда я сказал ему, что посмотрел бы на это, он ответил, мол, у нее не будет даже шанса, поскольку он оторвет мне руку и засунет ее прямо в задницу.

И это был не первый раз, когда он принял чью-то сторону вместо моей.

Джейс толкнул меня.

– Не будь мудаком, придурок. Она волнуется за него.

 – Его плечи опустились, когда он выдохнул. – Мы оба волнуемся. – Уголки губ Джейса побелели, взгляд стал глубоким и хмурым. – Но я не собираюсь тратить свое время и силы, объясняя это кому-то вроде тебя.

– И что это, блин, значит?

– Дилан беспокоится об Оукли, потому что любит его. – Братец собрался уходить. – Это чувство тебе никогда не понять, ведь ты сраный эгоист.

Он был прав.

Бьянка уже диагностировала мне социопатию из-за моего нарциссизма и отсутствия эмпатии.

Я сказал ей, мол, это все потому, что я еще не встречал никого, о ком стоило бы заботиться. Она пробормотала – Бог, должно быть, перепутал свои провода и отдал Лиаму все сострадание, а мне – всю злобу. Так что я спросил ее, где было сострадание Лиама, когда он надел петлю себе на шею и позволил своей семье во время завтрака найти его труп висящим в гардеробной.

Я улыбнулся, когда она убежала в слезах.

– Хорошо поболтали, – бросил я, пока Джейс уходил по коридору.