Прости меня за мой французский

Такое расположение дает возможность отвести взгляд в него. На полу раскинулся толстый и безумно мягкий ковер в бежевых оттенках, нежно обнимающий ноги во время ходьбы по нему. Потолок украшен люстрой с несчитанным количеством мелких лампочек, дающих много яркого света.

Ремай сделал макиато, включил телевизор, уселся на мягкий диван. Хотел расслабиться от рабочей суеты. Неожиданно позвонил отец.

– Здравствуй, пап. Давно тебя не слышал, – сухо ответил он.

– Привет, сын. Прости, что раньше не позвонил. Только пришел с работы.

Твоя мама сообщила о звонке.

– Хорошо. – Моро нажал несколько раз кнопку на пульте, чтобы выключить звук на телевизоре. – Как твои дела?

– У нас не так много времени для разговора, поэтому скажу главное: Глория уже собирает вещи.

Разговор вышел коротким и без особых эмоций. Ремай был рад слышать папу, несмотря на то, что между ними были плохие отношения. Дело в том, что Моро старший с ранних лет сына регулярно выпивал спиртные напитки, невзирая на просьбы жены, а в дальнейшем и подростка, прекратить это делать.

Позже отец перешел все дозволенные границы: он начал распродавать ценные вещи с целью купить очередную бутылку. Несколько раз под воздействием алкоголя ударил свою жену. Мать очень сильно любила сына, поэтому в какой-то мере, ей приходилось продолжать жить полноценной семьей, даже когда пропадало всякое желание пытаться сохранить этот брак. Прошло еще немного времени, и женщина решила огородить сына от этого. Поэтому попросила свою маму, чтобы та взяла опеку над внуком.

Бабушка сыграла большую роль в его жизни. Покрытое морщинами лицо, глубоко посаженные глаза, давно уже выцветшие брови и алые губы, которые она любила мазать не только бальзамами, но и яркой помадой, навсегда останутся в памяти семьи Моро. Она постоянно была рядом с ним, пыталась дать все, о чем только просил. Наверное, одно из важных воспоминаний из жизни мальчика, как вспоминает он сам, – дни, когда любимая бабушка играла на пианино и при этом душевно пела французские песни.

Собственно, эти моменты так же повлияли на выбор будущей профессии. Из-за бабушки Ремай и стал учителем французского языка.

Глядя на то пианино, Моро вспоминал бабушку, которая постоянно помогала во всем. К сожалению, она так и не успела научить его играть и также петь. Ремай научился лишь малой части того, что та знала. Каждый раз, когда мужчина вновь садился за пианино, шепотом произносил: «В этот раз получится еще лучше, бабушка».