Смерть надевает маску

Вдобавок к смятению из-за произошедшей трагедии, которую я осознала лишь сейчас, я не могла не злиться на Майло за его появление с французской актриской. Да и сам он, хотя и выглядел спокойным, наверняка сердился, застав лорда Данмора за моими чулками.

Что думал Маркхем, видя, как мы холодны друг к другу? Прошлой ночью все было совершенно иначе.

Всю дорогу мы молчали. Когда автомобиль остановился у нашего дома, Майло вышел наружу и помог выйти мне – прежде, чем водитель успел пошевелиться.

– Я просто облокочусь на тебя, ладно? – предложила я, глупо надеясь, что смогу идти сама.

– Да брось, – отозвался муж, поднимая меня на руки.

Швейцар и лифтер казались совершенно невозмутимыми, и все же стоило нам прикрыть за собой дверь квартиры, как я с облегчением вздохнула. Винельда уже давно должна была спать, а Парксу, камердинеру Майло, на сегодня скорее всего дан отбой. Майло часто отказывался от его помощи – наверное, не особенно любил наблюдать оплошности собственного слуги.

Майло отнес меня на темную кровать и лишь затем включил свет. Комната была оформлена в черных и золотых тонах, так что включенная лампа не особенно помогла; а может, сама эта ночь выдалась мрачнее остальных.

– Я пошлю за доктором Истоном, – предложил он.

– Меня уже смотрел врач, пока ты… – Я замолчала на полуслове. – Сказал, это просто растяжение.

Я приподнялась, облокотилась о спинку кровати и потянулась к застежкам на платье. Шифоновая юбка спуталась, и то, что совсем недавно было красивым платьем, сейчас обратилось в очередную неприятность.

Я не могла дождаться, когда избавлюсь от этого неудобного наряда, но увы, самой с застежками мне было никак не справиться.

– Если бы ты разбудил Винельду… – Я не хотела ее тревожить, но чтобы после всего просить о помощи Майло…

Он же молча присел на край кровати рядом со мной – матрац прогнулся под его весом – и начал расстегивать маленькие крючки на платье.

Я смотрела на его темные волосы. Хотелось что-то сказать, но я не знала, с чего начать.

В последнее время наши отношения наладились, но теперь старые обиды вновь возвращались.

Майло потянул платье вверх, а потом бросил его на пол. Я осталась сидеть в комбинации. И в одном чулке.

– Болит? – спросил он, глядя на мою опухшую лодыжку.

– Немножко.

Майло встал, взял со столика кувшин и налил стакан воды. Затем достал из ящика бутылочку с аспирином и протянул мне две таблетки.

– Выпей.

– Спасибо.