Предлугоморье. Тайна ключа

Он долго готовился к этому разговору, подбирал слова, но в последний момент заготовленная речь начисто вылетела из его головы.

Что и говорить, любил Гелдмар в своей жизни только одного сына. И этим сыном был младший Ратибор. Черный Дэв любил его за то, что он был похож на мать, за то, что закричал, когда ожил, а не запищал, как старший. Любил за то, что Ратибор быстро рос и развивался лучше, чем старший, и был намного смышленее брата. Любил, как ни странно, даже за то, что сын не был похож на свой род и отличался от него, как день от ночи.

– Ты давно видел брата? – спросил Гелдмар, оторвавшись от раздумий. Обычно решительный и крутой в поступках, Черный Дэв сегодня был похож на расстроенную гитару, которая никак не могла настроиться на главную песню. Он не знал, как начать разговора.

– С момента последней встречи наши пути лет пять не пересекались.

– Два брата, а воюете не на жизнь, – покачал головой отец. – О чем вы тогда не смогли договориться?

– Вообще-то, мы друг друга всю жизнь не понимали, а начались наши разногласия, надеюсь, ты помнишь, когда мне едва минуло пять лет, – усмехнулся Ратибор.

Это случилось чуть более двадцати лет назад, тогда Ратибор впервые отказался подчиниться старшему брату. Упитанный карапуз стоял посреди огромного зала, топал маленькой ножкой, мотал головой, размазывая слезы по щекам, и вопил что есть силы. Высокие своды зала стократно умножали этот крик, превращая его в дикий рев. Джибустин, надменно ухмыляясь, черной глыбой нависал над малышом.

Он хотел раз и навсегда показать брату свое превосходство. Но на его беду отец оказался неподалеку. Как ураган ворвался Черный Дэв в зал. Подхватив малыша на руки, он отвесил Джибустину такую оплеуху, что тот покатился кубарем. Прижав к груди плачущего Ратибора, Гелдмар принялся его успокаивать, нашептывая ласковые слова.

Когда Черный Дэв обернулся, в его глазах полыхала такая ярость, что старший сын обомлел от страха и невольно втянул голову в плечи.

– Что ты с ним сделал? – прохрипел, едва сдерживаясь, Гелдмар.

– Отец, я его не обижал, – запричитал Джибустин. – Я только послал его за стрелами!

– Побив при этом?

– Нет, что ты! Я его пальцем не задел, у меня есть свидетели. Отец, слово Дэва, я действительно не знаю, почему он так кричит, – скороговоркой оправдывался старший сын.

– Марш конюшни чистить!

– Что? – не понял тот, решив, что ослышался. Это было неслыханно унизительным наказанием.