Прелести жизни. Книга первая. Мера жизни. Том 3

На морском берегу остаются только те, кто затеял этот глупый спор. Пацаны с обеих сторон старого и нового города подходят ко мне. Кто жмёт мне руку, а кто хлопает по плечу. Но все приветствуют меня за столь опасный подвиг.

За такой прыжок с высоты нефтяной вышки, которая стоит на нефтяной эстакаде. Большинство присутствующих сравнивают мой прыжок с прыжком человека из самолёта без парашюта.

Ведь меня могло запросто отнести ветром на бетонные сваи. Тогда уже точно мог разбиться насмерть.

Видимо, что всё-таки везучий человек, раз в разных опасных ситуациях остаюсь жив и здоров.

Пацаны старого города сдержали своё слово и отдали нам лодку, которую они проспорили за мой прыжок.

Друзья погрузили всё в лодку и предложили мне сесть в неё, но категорически отказался плыть на лодке. Сказал, что немного отдохну и пойду домой пешком.

С меня было вполне достаточно моря, воды которого так нахлебался, что больше видеть не хочу не моря, не саму морскую воду. Друзья ни стали настаивать и отправились морем к нашему Новому городку.

Только на прощанье сказал им, чтобы они моим родителям сказали, что остался в гостях у наших родственников в Избербаше до самого вечера.

Друзья уплыли на лодке. Отошёл подальше от нефтяной эстакады и забрался под перевёрнутый баркас, который уже давно выкинуло море во время сильного шторма.

Мальчишки и взрослые мужчины давно сняли с этого баркаса все, что можно было снять. Сейчас на баркасе остался один каркас без ничего. Но зато под баркасом большая тень.

Можно в этой тени хорошо отдохнуть, любому человеку, уставшему у моря. Прилёг под баркасом и вскоре уснул. Так сильно устал, что у меня уже не было никаких сил на движение.

Хотелось просто полежать. Но сон оказался сильнее меня. Проспал под баркасом до поздней ночи. Мне стало страшно, что меня будут обратно искать в море.

На этот раз отец сдержит своё слово и мне хорошо всыплют за все мои "подвиги". Как мне быть дальше, совсем не знал. Но бежать из дома тоже бесполезно.

Ведь мой отец не зря мне говорил, что куда бы человек не бежал, его ноги всё равно приведут обратно.

Мне ничего не оставалось, как с повинной возвратиться к себе домой. Тогда мне меньше попадёт от отца. Даже самая горькая, правда, лучше, чем любая сладкая лож.

Надо покаяться перед своими родителями. Дать им слово, что больше никогда не буду совершать никаких "подвигов".