Привет, волки!

– Впрочем, всегда увеличивается только один стеночник. Если бы они увеличивались одновременно, то полопались бы как шарики.

– А если какой-нибудь стеночник так вырастет, то может подпереть дверь? – допытывалась тетя.

– Ну да. И если кто-то захочет войти в комнату этого мальчика, то не сможет.

– Могу себе это представить. А где же тогда мальчик?

– Внутри. В комнате и в стеночнике. Как в таком огромном пузыре. Снаружи до него не добраться. Он сидит внутри желто-голубого стеночника, и это так классно.

И тогда никто не войдет в его комнату, потому что не сможет открыть дверь.

– Ага, ага. То есть стеночники разрастаются, когда мальчик хочет, чтобы никто не входил в его комнату?

– Да. Потому что иногда он хочет побыть один.

– А когда он хочет побыть один?

– По-разному. Когда… ему грустно. И его все бесит.

– Понимаю.

– И когда… когда родители ссорятся, – добавил Филипп еще тише. – Он не хочет этого ни слышать, ни видеть. А стеночник читает его мысли. И сразу знает, что делать.

Растет и растет. И окружает его, как такой огромный мыльный пузырь. Или как палатка. И это здорово.

– Знаешь, Филипп, – отозвалась тетя после минутного молчания. – Теперь я понимаю, почему стеночники увеличиваются до размеров комнаты.

Филипп посмотрел на тетю Агнешку, а тетя Агнешка посмотрела на Филиппа.

– Тогда я еще кое-что тебе скажу, – сказал Филипп. – Они ни в полоску, ни в клетку, а такие, как будто кто-то слепил их из желтого и голубого пластилина и все перемешал.

Именно такие стеночники.

– Да, – закивала тетя. – Теперь я очень отчетливо их представляю.

3. Пан Перевозский и другие

– И это называется – ты поел? – Мама смотрела на тарелку Филиппа, и ее глаза метали громы, молнии и стрелы с ядом кураре[1 - Кураре – яд, который используют в том числе для изготовления отравленных стрел.].

– Ведь я съел бутерброд.

– Один. К тому же не с ветчиной. Остался еще второй и творожок.

– Я не люблю творожки. Уж лучше сыр.

– Сынок, ну хоть иногда ты должен есть что-то полезное.

– А творожник?

– Что творожник?

– Творожник – это вроде как творожок, так ведь?

– Вроде того. Ну и что? Ты видишь здесь какой-нибудь творожник?

– Я вчера ел. У тети Агнешки.

– У Агнешки? И как тебя туда занесло? Ты ее только отвлекаешь.

– Не отвлекаю. Я просто проезжал мимо.

– Ага, и она увидела, как ты едешь мимо, и бросила тебе в окно кусок творожника, да?

– Нет.

– Я так и думала.