Стамбульские сплетни, или Секретная кухня турецких красавиц

] – так назвали бы его современники, если бы только были знакомы с античной мифологией. Звали парня Ахмет Челеби по прозвищу Хезарфен, что означало на персидском «тысяча знаний». Однажды смекалистый Ахмет смастерил крылья наподобие вороньих и спрыгнул с ними с той самой башни, на которой я сейчас с трудом удерживала равновесие под натиском свирепствующего ветра. Удача Хезарфену благоволила, и, пролетев около четырех километров, он легко перемахнул через Босфор и благополучно приземлился на площади района Ускюдар в азиатской части города.

Юному «летчику» рукоплескали толпы, а вот султану с бесчисленной свитой завистливых визирей такой успех пришелся не по нраву, и несчастного первооткрывателя отправили в ссылку в Алжир, где он, бедняга, вскоре скончался.

Неожиданно в нескольких метрах от башни взмыл очередной порыв беспощадного ветра. Стекла задребезжали, и само сооружение, казавшееся могучим и непоколебимым, задрожало. Тысячи крохотных осколков вонзились в раскрасневшиеся на холоде щеки.

В дверях у смотровой площадки показался пожилой человек в форме. Он что-то кричал и махал рукой в мою сторону, однако в бешеном гуле непогоды невозможно было разобрать ни слова. Пряча от ветра лицо в локте, он приблизился, схватил меня за рукав и потащил внутрь.

Это был охранник. Ему стоило неимоверных усилий захлопнуть широкую дверь, ведущую на площадку. Внутри было тихо, и только за окнами продолжался устрашающий гул северного «бореаса».

– Вы что?! – беспокойно закричал человек с добрыми глазами.

 – Там находиться нельзя. Небезопасно! В такую погоду башня закрыта для посещений.

– Простите, я не знала… Хотела посмотреть на город.

– Ну, вот и посмотрели, а теперь спускайтесь. Вы себя хорошо чувствуете? – Он подошел ближе и пристально вгляделся в мое лицо, которое было багровым от миллионов поцелуев ледяных снежинок, налетевших с Босфора в одночасье. Конечно же, я чувствовала себя прекрасно, хотя преодолеть сто сорок три крутые ступени вниз сейчас мне было не под силу.

– Я отдохну немного и пойду, если вы не против…

– Отдохнуть вам мало. Нужно лекарство… – И подставив локоть, он бережно начал спускать меня по лестнице, как будто я была фарфоровой куклой, а не чудаковатой туристкой, совавшей нос во все поросшие мхом щели приветливого города. Вскоре мы были в небольшой комнатушке, уставленной экранами, на одном из которых, как я догадалась, меня и обнаружили.