Приключений не предвидится. Айсберг и фонарный столб

Со всей наивозможной быстротой была организована спасательная группа. Закрепив на корабле конец линии аварийной связи, спасатели сели во вторую шлюпку и поплыли к айсбергу.

Поиски длились долго. Айсберг был весьма велик. Супругов Хелмсли так и не нашли. Спасателям удалось обнаружить только пингвинов и шапку Ральфа Хелмсли.

После возвращения спасательной группы капитан заглушил двигатели.

– Все внимание на айсберг! – приказал он.

Члены команды выстроились у поручней и устремили взгляды на подернутый дымкой силуэт айсберга.

Царила полная тишина: все надеялись увидеть или услышать что-либо важное, однако слышен был лишь шум волн у борта.

Погода ухудшилась. Видимость упала до нуля. Спасательные работы были прекращены.

Капитан был вынужден запустить двигатели. Хелмсли остались в ледяном плену. На данный момент мы не располагаем какими-либо доказательствами их гибели, однако ситуация выглядит весьма печально.

    Обри Буль,

    главный редактор

Ричард Хелмсли.

С глубоким сожалением вынужден сообщить Вам, что Ральф и Рейчел пропали, отправившись исследовать айсберг. Случившееся глубоко потрясло почти всех членов нашего Общества. Мы надеемся на лучшее и будем информировать Вас, если появятся новые факты.

    С глубоким сочувствием,

    Герберт П. Птицесвистл

    

    Президент Общества

Арчеру родители ничего не сказали.

Через час после появления на пороге газеты к высокому узкому дому на Ивовой улице хлынули со всех сторон бесчисленные репортеры.

Они размахивали камерами и блокнотами и выкрикивали вопросы, а мистер и миссис Хелмсли стояли в дверях и не зная, что сказать. Арчер смотрел на это безумие с крыши.

Это был худший день рождения в его жизни. Он невидящим взглядом смотрел на ванильный торт (который имел прискорбное сходство с айсбергом) и слушал, как в холле спорят родители.

– Не притворяйся! Ты прекрасно понимаешь, в кого он пошел! – говорила мама.

– Ты все слишком близко принимаешь к сердцу, – отвечал отец.

– Это для его же блага.

Арчер не знал, о чем они спорят, однако вскорости все стало ясно. Тайные вылазки с отцом в одночасье прекратились, перевязанные красной веревочкой свертки перестали появляться на пороге, и дальше все шло хуже и хуже. О Ральфе и Рейчел Хелмсли никаких известий не поступало. Со временем репортеры утратили интерес к этой истории, и высокий узкий дом на кривой улочке погрузился в сонную тишину.