Приключений не предвидится. Айсберг и фонарный столб

Они вышли за дверь и пошли по тротуару.

– А куда мы идем? – спросил Арчер.

Мистер Хелмсли повел сына в Розвудский парк, больше, впрочем, походивший на лесную чащу, которой не касалась рука садовника. Вившаяся под ногами тропинка быстро исчезла в траве, однако впереди вознеслись над деревьями и вспыхнули ярким оранжевым светом башни Розвудского музея. Арчер решил, что зданию музея очень много лет – оно было украшено узорами терракотового цвета, а венчала его позеленевшая от старости крыша. Сад при музее определенно нуждался в уходе, однако обветшалое величие этого места покорило Арчера.

Войдя внутрь, они с отцом пошли по бесчисленным коридорам, уставленным бесчисленными редкостями, а отец без устали рассказывал, как он почти стал величайшим исследователем в самых разных уголках света.

– Вот так я чуть не стал величайшим исследователем Египта, – сказал мистер Хелмсли, когда они приблизились к саркофагу усопшего фараона Таппенкуза.

Арчер уважал отца и любил его рассказы, но знал, что отец – просто юрист.

– А почему не стал? – спросил он.

Мистер Хелмсли засунул руки в карманы блейзера. Вопрос был совсем простой, но взрослые вечно все усложняют. Когда Арчер задавал этот вопрос, мистер Хелмсли всегда менял тему разговора, в точности как мать Арчера при упоминании дедушки с бабушкой.

– А ты знаешь, что этот расфуфыренный парнишка был одним из самых молодых фараонов, царей Египта? – сообщил он, явно читая по музейному путеводителю.

Внимательно изучив Таппи, Арчер пришел к выводу, что редкое появление в истории тринадцатилетних правителей – дело скорее хорошее, нежели наоборот.

– Он такой грустный.

– Это, наверное, так кажется, из-за подводки под глазами, – предположил мистер Хелмсли.

Он лизнул палец и коснулся саркофага.

– Руками не трогать, – сказал охранник.

– Прошу прощения, – извинился мистер Хелмсли.

– А ему хотелось быть фараоном? – спросил Арчер.

Отец точно не знал.

– Он правил всего два года, а потом умер.

Арчер был разочарован.

– Ну, тогда, наверное, ему совсем не хотелось становиться царем, – сказал он и отошел от Таппенкуза.

Арчер выслушал еще несколько отцовских историй о почти-совсем-приключениях, а потом они вышли из музея и пошли домой. По пути Арчер думал о дедушке с бабушкой.

– Какие они? – спросил он отца.