Приключения белого терьера

Приключения белого терьера

Елизавета Валериевна Чернышова

Жизнь домашней собаки только с первого взгляда кажется однообразной: прогулки, перекусы и сон в перерывах между этими занятиями. Но если присмотреться внимательнее, то можно обнаружить целую череду приключений, случающихся практически ежедневно. Именно о такой жизни и расскажет храбрейший из псов – белый высокогорный терьер по кличке Форик.

Елизавета Чернышова

Приключения белого терьера

Глава I. Знакомство

Проснувшись от приятного сладкого аромата свежих булочек, мой нос потребовал срочно последовать в его направлении и разузнать: не ошибся ли он.

Ведь на кону стоял четвертый завтрак! Такую возможность нельзя было упустить.

Быстро спрыгнув с мягкой хозяйской кровати, я последовал зову прекрасного запаха и оказался в просторной комнате, в которой всегда можно было найти чем полакомиться. Именно здесь обитали все вкусности. Обычно их доставали из шкафов. Из одного шел жар, да такой, что уши за считанные секунды нагревались сильнее, чем за несколько часов пребывания на солнышке в жаркий летний денек.

Другой же, белый, высокий и пузатый тоже не был слишком дружелюбен, ведь каждый раз обдавал холодом так, что после приходилось бежать и кутаться в теплый плед. Хозяева звали это место, дарившее нам всем еду, кухней.

Подняв черный, размером с большую пуговицу, нос и прислушавшись к запаху, я убедился, что мой товарищ меня не подвел. Оставалось понять, как раздобыть лакомство. Если бы на кухне были Папа или Мама, то получить заветный кусочек булочки не составило труда.

Всего-то – усесться поудобнее на хвост и пролаять два раза «Дайте мне!». По непонятной причине Мама думала, что я обращаюсь к ней по имени и никогда не жалела лишней крошки.

А вот добиться угощения от Лизы казалось почти непосильной задачей. И это не потому, что она меня не любила или была жадиной, нет! Совсем наоборот. Уж слишком Хозяйка пеклась о моем здоровье и боялась, как бы от лишнего кусочка чего-нибудь вкусного я не покрылся волдырями, от которых потом сильно чесался.

Но ведь волдыри будут потом, а сейчас можно думать только о булочках.

Запрыгнув на стул, располагавшийся возле большого обеденного стола, который стоял посередине кухни, я занял позицию наблюдателя. Рост у меня был небольшой, и с высоты маленьких коротеньких лапок я не всегда мог уследить за всем происходящим. А отсюда открывался отличный вид, и шансы упустить заветную цель из поля зрения практически ровнялись нулю.