Становясь Милой

Как-то в детстве папа купил мне хот-дог из тележки на пляже, и я отравилась и теперь их на дух не переношу.

Вечеринка протекает спокойно и больше напоминает посиделки друзей, нежели безудержный кутеж, которого я опасалась, поэтому переживать не приходится. Все расслабленные, сидят на стульях или валяются в пикапах, попивая газировку или энергетики, хотя можно заметить и банку пива. Воздух наполнен ароматами хот-догов, по окрестностям разносится приятная музыка. Я наслаждаюсь вечером и чувствую себя уютно в компании Саванны и Тори, никто нас не беспокоит.

Вдруг Блейк опять начинает стучать по платформе своего пикапа.

– Все сытые и довольные? – спрашивает он, опираясь на край. Ему отвечают кивками и поднятием напитков. – Круто. Тогда пришло время сыграть в «Правду или вызов».

Так. Возможно, вечеринка только начинается. По толпе пробегают возбужденные шепотки и смешки, все сдвигают стулья, формируя круг. Я повторяю за остальными, пока мы не сбиваемся в довольно плотную кучку.

И естественно, роль ведущего берет на себя Блейк: выходит в центр круга и кладет на землю пустую бутылку из-под пепси, придавив ногой.

Он объясняет правила, как будто в мире найдется хоть один подросток, который не умеет играть в «Правду или вызов», затем раскручивает бутылку и откидывается на свой пикап. Белая футболка поло растягивается на его мускулистой груди.

Бутылка останавливается, указывая горлышком на Саванну.

– Правда, – выбирает та, нервно сжимая губы и умоляюще глядя на брата большими глазами.

Возможно, надеется на пощаду, наивная.

– Правда, что ты макаешь картошку фри в молочный коктейль?

Ладно, ошиблась я. Но это еще ничего не доказывает.

– Отстой, – тянет кто-то в толпе.

Саванна с облегчением выдыхает, лицо расслабляется, озаряясь улыбкой. Повезло ей, удалось избежать экзекуции благодаря родственным связям.

Больше никому так не везет.

Бедняга Барни выбирает вызов, и Саванна велит ему голышом пробежать через поле. Раздеваясь, он разыгрывает целое стриптиз-шоу, затем пересекает поле, сверкая белым задом.

Когда он возвращается, прикрывая пах, все награждают его бурными аплодисментами, к которым присоединяюсь даже я, и Барни театрально кланяется в ответ. У меня возникает ощущение, что это вроде его фишки. Он производит впечатление парня, которому на роду написано становиться шутом в любой компании.

Игра продолжается, выбирают то правду, то вызов. Задают вполне стандартные вопросы вроде того, с кем последний раз целовались.