Я говорил, что скучал по тебе?

Я внимательно смотрю в глаза, которые совсем не изменились. В них легко прочесть все его тайны и скрытые чувства. Я вижу ужас, страх и боль. Невозможно поверить, что я так любила этого человека. Остались только обида и презрение. Нет, я не поеду с ним в Портленд.

– Все, поговорили, – шепчу я и снова отталкиваю его. Он сжимает зубы, засовывает руки в карманы и смотрит на меня с такой болью, что я отворачиваюсь. Ему больше нечего сказать. Я в последний раз окидываю взглядом панораму города и медленно отхожу назад.

 – Все кончено, Тайлер.

Глава 6

Обратная дорога кажется мне еще невыносимее. Спускаясь с горы, я шла впереди, а Тайлер плелся метрах в двадцати сзади. Теперь мы молчим, сидя вдвоем в замкнутом пространстве. Мы сказали друг другу все, что считали нужным. В воздухе висит напряжение, но я рада, что мы перевернули эту страницу. Пробки рассосались, дорога свободна. Нас не было четыре часа; надо написать маме, что я еду домой, но потом я вспоминаю, что мы поссорились, и стираю сообщение.

Краем глаза смотрю на Тайлера. Он держит обе руки на руле и смотрит прямо на дорогу пустым взглядом. Вместо мамы пишу Рейчел. Она рада весточке, потому что бабушка с дедушкой, как обычно, ее достали. Я рассказываю ей все: как Элла заманила меня в засаду, как я поссорилась с мамой, как Тайлер поджидал меня возле дома и потребовал разговора и о чем мы говорили. И что Тайлер все это время скрывался в Портленде, и о его безумной просьбе поехать с ним.

Рейчел скора на ответ:

«Вернулся? О господи, ты правда его ударила? А что он забыл в Портленде? Без обид.

Он возил тебя к знаку? Надеюсь, ты его не простила».

Переписка с Рейчел немного скрашивает обратную дорогу.

* * *

Мы возвращаемся почти в семь вечера. Солнце клонится к горизонту, и я неотрывно наблюдаю за закатом, пока не замечаю, что Тайлер свернул на Дидре-авеню, к отцовскому дому. Я поднимаю солнцезащитный козырек и поворачиваюсь к нему:

– Я живу у мамы.

– Знаю, – не глядя мне в лицо, отвечает Тайлер, глушит двигатель и отстегивает ремень.

 – Дело в том, что моя мама хочет видеть нас обоих.

Он открывает дверь, но почему-то не выходит. Проследив за его взглядом, я вижу на подъездной дорожке отцовский «лексус». Отец дома. А где ему еще быть? Обычно он приезжает с работы в начале седьмого. Джейми тоже здесь – колеса его «БМВ» прижаты к бордюру. Элла сто раз говорила ему, чтобы не гробил диски, но это ведь Джейми, ему все пофиг.