Приключения Веснушки и Кипятоши. Мышиный Король

Они лились над площадью, огибая толпу, как струйка дыма, пущенная искусным фокусником.

Король повернулся к своему народу. И в следующий миг над полчищами крыс раздался его одинокий и величественный голос. Он пел убедительно, устрашающе и зловеще. Слова звучали как приказ, как призыв к действию. Вскоре к его пению присоединился уверенный голос советника. Собравшиеся ощетинили усы, подняли хвосты, и когда Франц подал знак, уже весь многоголосый крысиный хор подхватил песню. Звук наступал, разрастался и ширился и вскоре был слышен в самых удалённых концах городской свалки.

Когда пение стихло, по площади разнеслись радостные возгласы, аплодисменты и улюлюканье.

Под единодушный аккомпанемент толпы портрет старой Мышильды был возвращён в кабриолет.

Король запрыгнул в автомобиль и покинул площадь, сопровождаемый помощником Францем, приближёнными, а ещё – овациями и криками подданных.

Когда предводитель скрылся из виду, крысы стали медленно расходиться, и вскоре площадь опустела.

Глава третья

В это время у центральных ворот городской свалки приземлился Кипятоша. Его встретили местные жители.

Это были нестарые, но сломанные вещи – Фотоаппарат и Будильник. Вместе с Кипятошей они присели на скамейке у полуразрушенного забора недалеко от сторожки, собранной из кучи металлолома. Приятели с большим любопытством расспрашивали новичка о том, как и почему он очутился здесь.

Кипятоша правдиво и откровенно рассказал всё своим новым знакомым.

Он ещё не остыл и был так переполнен эмоциями, что слова лились из него, как вода из кипящего, до краёв налитого чайника. Иногда голос его дрожал, и тогда казалось, что его душат слёзы.

– Я постоянно ей помогал, всегда был рядом, а она – на свалку! Понимаете? – закончил Кипятоша свой нерадостный рассказ, зачерпнул горсть снега и протёр глаза.

– Я понял, – кивнул Будильник. – А ты? – спросил он у своего друга.

– А я – Фотик, – неожиданно ответил тот. – Фотоаппарат Кэнон.

Фабричная сборка. Сделан в Японии, – отчеканил он. – А это мой друг Будильник, – указал он на товарища. – Можно просто Слава. Московский часовой завод. А вы кто? – закончил он, запинаясь.

Кипятоша внимательно посмотрел на незадачливого собеседника.

– Чайник. Можно Кипятоша, – произнёс он с сомнением и добавил: – Но мы ведь уже знакомы. Познакомились полчаса назад…

Фотоаппарат вздрогнул и вздохнул.

– Ну вот, опять, – загрустил он.