Приключения викинга Таппи из Шептолесья

И вдруг кто-то болезненно кольнул его пониже спины.

– Ау! – взвизгнул Таппи и высоко подпрыгнул.

Затем он обернулся, чтобы найти шутника, но увидел лишь покачивающиеся заиндевелые кусты и чей-то быстро удаляющийся силуэт.

– Эй! – закричал викинг. – Погоди!

Он оттолкнулся палками и помчался на лыжах через заснеженный лес, преследуя беглеца.

– Постой! – кричал он. – Кто ты?

Неизвестный шутник остановился, и запыхавшийся Таппи понял, что это зверь – совсем мелкий, с тонкими ножками и длинными рожками.

Зверёк остановился, с интересом повернул мордочку и, когда Таппи был уже близко, со всей силы ударил копытом, поднимая снежную пыль. Викинга осыпало с головы до ног, и, ослеплённый, он врезался прямо в дерево. От удара по лесу разнеслось эхо, а разбуженное дерево недовольно заворчало.

– Эй! – крикнул Таппи. – Это несправедливо! Ведь я не хотел тебе сделать ничего плохого!

Издалека донеслось лишь зловредное хихиканье зверушки.

– Погоди! Вот я тебе покажу! – пригрозил Таппи, очистил глаза от снега и помчался следом.

Следует знать, что Таппи чрезвычайно редко впадал в гнев, но если уж до этого доходило, то всё Шептолесье замирало от страха. Викинг гнался как вихрь, с взлохмаченной бородой, красный от злости, а деревья на всякий случай отступали с дороги. Он уже чётко видел зверька, который снова остановился, будто бы поджидал его.

«Может, он испугался?» – подумал Таппи, и его гнев начал угасать.

Он подъезжал всё ближе.

– Послушай, я не хотел тебя испугать, – сказал он, когда был уже совсем рядом.

Зверь – а викинг уже понял, что это маленький олень, – ехидно улыбнулся и отступил. В самый последний момент Таппи заметил, что он придерживал ножками прижатую к земле пружинистую сосенку. Деревце молниеносно распрямилось, ударив Таппи острыми ветками по лицу.

Викинг сделал шаг назад, споткнулся о корень, упал и по уши увяз в большом сугробе. И снова издалека до него донеслось ехидное хихиканье убегающего оленя.

Ты наверняка решил, что Таппи снова рассердился, но это было не так. Его охватила большая печаль, тем более что солнце уже скрылось в тучах и в лесу всё стало казаться серым. Он выбрался из сугроба, надел лыжи и, разочарованный, покатил в свою пустую Избушку.

«Я ничего тебе не сделал, – с грустью думал Таппи. – Я не сделал ничего плохого, а ты устраиваешь такие ужасные шутки».