Приключения кота Сократа в Кремле

И пусть бы потом искала крайнего, хотя я нисколько не сомневаюсь, что им в любом случае был бы я. Такая у меня репутация. Я уверен, что меня обвиняли во всех смертных грехах, даже когда я был в командировке.

Взгляд хозяйки прошелся по следам моей оплошности, потом взметнулся вверх и на мгновение замер на мне. Застуканный на месте преступления, я сидел ни живой, ни мертвый и, с ужасом глядя на нее сверху, лихорадочно разрабатывал план побега. Для того, чтобы убраться с кухни, мне предстояло для начала спрыгнуть на подоконник, оттуда сигануть на пол и как?то умудриться проскочить мимо нее.

Но как это сделать, когда она мечет гром и молнии?

– Ах ты негодяй! – держа меня под прицелом глаз, заверещала она. – Ты зачем разбил статуэтку?

Так говорит, как будто я нарочно это сделал. Да и вообще, сдалась тебе эта фигурка. Ты вспомнила о ней только потому, что я ее разбил. Нет бы сказать спасибо за то, что избавил тебя от лишней работы, а она еще ругается. Если ты так любишь сувениры, тогда скажи Колумбу, и мы привезем тебе их целый вагон и маленькую тележку.

– Бесстыжая твоя морда, – женщина возмущенно всплеснула руками. – Ты лучшего места для сна не нашел? У тебя есть свой диван, вот и спи на нем. Чего ты шатаешься по всему дому?

Ага, ты сама попробуй хоть раз поспать на том диване. Представляю, как ты запоешь, когда кто?нибудь из членов семьи будет идти на кухню и решит потрепать тебя за ухом или, например, дернуть за волосы. Вот если бы у меня была отдельная комната, где я бы мог спрятаться от вас и спокойно отдыхать, конечно, я бы не полез в эту нишу, будь она неладна.

А ведь сердце подсказывало мне, что спать в ней не очень хорошая идея, но я опять его не послушал. Ну, до чего же я упертый осел – тьфу ты леший! – хотел сказать кот.

Мои коллеги психологи говорят, чем интенсивнее зрительный контакт в общении, тем больше взаимопонимания между собеседниками. Я пристально смотрел на хозяйку, всячески гипнотизируя ее своим взглядом в надежде, что она сменит гнев на милость.

Куда там!

– Если ты сейчас же не слезешь, – Татьяна Михайловна пригрозила мне пальцем, – я не знаю, что с тобой сделаю. Я… я… – то и дело запиналась она, явно придумывая для меня наказание и, наконец, придумала: – Я не буду тебя кормить неделю!

Ну, началось. Дорогая моя Татьяна Михайловна, до чего же ты предсказуемая женщина! Я это уже миллион раз слышал, могла бы что?нибудь более оригинальное придумать. Хм, кормить она меня не будет.