Буквоед

Это моя квартира», – я совершенно не представляю, как буду говорить эти слова. Мне кажется, они вообще вряд ли смогут вырваться за пределы моих губ. А что, если никого нет дома? Попроситься к соседям? Была не была! Я нажал на звонок, но никакой реакции не последовало. Попробовал ещё несколько раз оживить сломанный механизм, но опять без толку.

Пришлось стучать, но результат оказался прежним. Дома никого не было. Неужели придётся идти к соседям?

Не больно ожидая хоть какого-нибудь эффекта, я дёрнул ручку, которая (вот чудо) с лёгкостью поддалась.

Ну, конечно, зачем выдумывать какие-то трудности, если все элементарно? Дверь открыта, стол накрыт, кровать постелена, а Баба-Яга топит печь.

Петли издали знакомый пронзительный скрип. В коридоре темно, но в комнате горит свет. Значит, дома кто-то может быть.

Аккуратно ступая, чтобы сильно не шуметь, я старался хоть что-нибудь разглядеть в коридоре. Чувствовал себя полисменом из американского боевика, пробравшимся в дом к преступнику.

И, чтобы не нарушать законы жанра, громко спросил:

– Есть кто-нибудь?! Хозяи-ин?!

Но в ответ – ни звука. Я мельком заглянул в освещённую комнату – никого. Затем кухня, ванная, туалет – тоже самое. Тогда я прикрыл за собой дверь… просто прикрыл, чтобы хозяин мог спокойно вернуться и застать у себя в гостях постороннего человека. Если мне не повезёт, дело может обернуться скверно. Интересно, почему власти, столь расположенные к чужеземным «гостям», не могли предоставить мне гостиничный номер, а обязали законопослушный народ принимать у себя незнакомцев?

Уже немного поуспокоившись, я прошёл в комнату, собираясь присесть где-нибудь на виду, чтобы дождаться хозяина.

Стоило зайти и осмотреться, как… БАТЮШКИ МОИ! По полу были разложены мои оставленные в том мире черновики. Только здесь лежали не сами листы, сделанные из бумаги, а их туманные фантомы. Словно на полу просто лежит несколько прямоугольных теней. При этом все буквы, каждое слово (словно вышитое белой нитью) можно с легкостью различить. Я попытался поднять «листы», но, как и в случае с фантомами на мосту, моя рука прошла сквозь них – тени никак не реагировали на мои прикосновения.

– Это всего лишь проекция… иллюзия, – послышался голос из-за моей спины. Я резко обернулся, стараясь унять бешеный стук сердца.

В проёме, дружелюбно улыбаясь, стоял молодой человек. Высокий худощавый парень, на вид лет тридцати. Длинные вьющиеся волосы смолянисто-чёрные.