Приключения маленькой Пипиты, которая жила в цирке

У меня в животе прямо кошачьи бои.

– Пима! – позвал он жену. Бабушка Пима стояла у плиты и готовила мятные лепешки.

– Да, Пик! – откликнулась она.

– Где твоя неутомимая внучка?

– Не знаю, – весело сказала бабушка Пима, – должно быть у Мими или гуляет где-нибудь.

– Ей надо быть осторожнее, – строго заметил дедушка Пик, – а то ведь такие молоденькие и попадаются в лапы к котам.

– Да ладно, – рассмеялась бабушка Пима, – девочка общается, веселится, слава Богу, не сидит дома.

– Может она в зверинце, снова любуется на свое чудовище?

– Да перестань, Пик.

Бабушка не договорила – в нору, как укушенная бешеной крысой, влетела Пипита.

– Бабушка, дедушка, я точно вам родная? – спросила она.

Дедушка встал с кресла и принял угрожающую позу – верхние лапы его упирались в бока, хвост нетерпеливо дергался.

– Я не понял, любезная моя внучка, почему это вы задаете нам такие странные вопросы, – насторожился он.

– А потому что иностранную циркачку тоже зовут Пипитой, значит у меня итальянское имя? – ответила мышка.

Дедушка посмотрел на фантазерку, и его морда исказилась в какой-то дикой улыбке. Он захохотал:

– Пима, Пима, – смеялся он, – уйми ты эту выдумщицу, ой, я не могу!

Бабушка уже не готовила, а, согнувшись в три погибели, пыталась побороть смех:

– Пик, Пик! – скрипела она, – неспроста Пита родилась в цирке.

Пипита чуть не плакала от досады, глядя на хохочущих родственников. Отсмеявшись, дедушка протер глаза и сказал:

– Да, правду говорит наша соседка Пинелла, с внуками интереснее, чем с собственными детьми. Он подошел к Пипите, хотел почесать ее за ухом, но упрямица резко отстранилась.

Понимаешь, – терпеливо начал дедушка Пик, – циркачка ПЕпита, ПЕпита Скалли, как написано на афише. А ты ПИпита, и назвали тебя так, потому что в детстве ты много пищала, прям спасу не было – пи-пи да пи-пи.

– Вы мне и дальше будете тут писк разводить, – огрызнулась Пипита.

– Не груби, – уже не на шутку рассердился дедушка. – Ты принадлежишь к почтенному роду русских полевых мышей, и хватит об этом.

– А что случилось с моими родителями? Почему я совсем их не помню? – нос мышиной фантазерки дернулся.

– Мышеловка, – пробормотала бабушка и, вытирая передником глаза, отвернулась к плите.

Но Пипита уже ничего не слышала.