Приключения Петрова и Васечкина в Колумбии. В поисках сокровищ

– Эль эс эн асесино!

«Асесино… – быстро промелькнуло в голове у Васечкина, – знакомое слово… в каком-то фильме недавно слышал… про Джеймса Бонда, кажется… а-а… вспомнил!»

– Убийца? – ужаснулся он. – Вы уверены? Пабло Ломас ничего не ответил. Он судорожно оглядывался по сторонам в поисках места, где бы можно было укрыться.

Экскурсия у вольера в это время двинулась дальше. Усатый, однако, не торопился следовать за всеми. Он единственный остался на месте.

Васечкину показалось, что глаза его насмешливо блеснули.

– Может, полицию позвать? – спросил он у индейца. – Хотите?

Пабло Ломас по-прежнему не сказал ни слова. Он, очевидно, решил, куда ему бежать, и начал вставать со скамейки.

Васечкин быстро оглянулся на усатого и успел увидеть, как именно в эту секунду тот приложил к губам какую-то трубку и дунул.

Пабло Ломас коротко охнул, схватился за шею и, так и не успев толком выпрямиться, снова грузно осел на скамейку.

– Вам плохо? – прошептал Васечкин.

Пабло Ломас посмотрел на него и судорожно сунул Васечкину в руку тряпичную карту.

– Прррятать! – прошептал он. – Твой теперрр! Теперрр ты владеть тезорррос!

Больше индеец ничего не сумел сказать, глаза его стали закатываться, и он стал медленно заваливаться на Васечкина.

– Помогите! – в отчаянии завопил тот. – Человеку плохо! На помощь!

Экскурсия, которая как раз проходила мимо, тут же приняла живейшее участие в происшедшем. Васечкин только успел сунуть карту в карман, как их уже обступила плотная толпа.

Пабло Ломаса уложили на скамейку, вызвали скорую.

– Ты его знаешь, паренёк? – спросил какой-то мужчина у Васечкина. – Вы вместе, что ли?

– Нет, мы только что познакомились, – честно ответил Васечкин, у которого зуб на зуб не попадал от ужаса.

У него было странное чувство. Казалось, что всё происходит, как в тумане. И люди в этом тумане двигались, словно в замедленном фильме. Он, конечно, много чего повидал и в антарктической Эргонии, и в Южной Африке, не раз сам оказывался на краю гибели, но чтобы преступление происходило вот так, посреди белого дня, при всём честном народе….

Васечкин проглотил застрявшую в горле слюну и с опаской оглянулся.

Но усатый исчез, на Переходном мосту уже никого не было.

Вокруг царила обычная тревожная суета, сопутствующая подобным происшествиям.