Приключения Славки Щукина. 33 рассказа про враньё

Я видел, что пацаны примолкли.

– И чё, он воевал? – спросил Вова Потапов.

– Конечно, – ответил я.

– А где?

Я чувствовал, что мне не стоит говорить, но, видя, что меня слушают, говорил и говорил. И чего только не понарассказал. И про захват террористов, и про освобождение заложников, и про ранения, и про то, что отец у меня мастер спорта по всем единоборствам и знает секретную борьбу, которой учат только в спецназе, и может выжить без еды в тайге двадцать дней, умеет стрелять в полной темноте на слух, разбивает ребром ладони три кирпича…

– Ну-ну, – сказал Дима Хорошилов, – надо будет посмотреть на него, когда он за тобой приедет.

И тут меня прямо в жар бросило, потому что я только сейчас понял, что в эту субботу приезжают родители всех мальчиков смотреть наше показательное соревнование на байдарках. И я должен грести третьим номером на четверке. У меня пот выступил на лбу, и я кинулся с кулаками на Хорошилова. И вот тогда-то все пацаны точно поверили, что папка у меня действительно крутой мужик.

Я, по правде сказать, очень встревожился. Но потом вспомнил, что мой папа журналист и у него всегда много дел и никогда ни на что не хватает времени. Я вытащил телефон и позвонил маме. Спросил:

– Ты приедешь в субботу, мам?

– Как ты там питаешься? – спросила мама.

– Нормально. А ты в субботу…

– А самочувствие как?

– Нормально.

– Ты смотри там, не переохлаждайся!

– Хорошо.

– Что тебе привезти?

– Да ничего не надо, мама, ты в субботу приедешь?

– Нет, отец приедет, я не смогу…

Это была катастрофа…

Оставшиеся до приезда родителей три дня я ходил как во сне, отвечал невпопад, на тренировках греб вразнобой с остальными. «Может, ты заболел?» – спросил тренер.

Я посмотрел на него с надеждой и сказал:

– Может быть…

Но в медпункте меня послушали, посмотрели горло, даже измерили давление, и потом полная незлая тетечка-доктор сказала, что я совсем здоров.

– Ничего, Славка! Завтра уже суббота, приедут твои папа с мамой, – ободрил меня тренер.

Я улыбнулся, изображая радость.

Папа у меня журналист и совсем не похож на военного. Он среднего роста, щуплый и в очках. «Ну почему же он такой! – думал я в отчаянье все эти дни.