Приключения Хоши

Но они же – мои! Как они могут меня не слушаться? Очень странно!»

Немного успокоившись и подумав, я строго-настрого приказала лапкам подчиниться. Прямо так им и сказала: «Многоуважаемые лапки! Прекратите хулиганить! А ну-ка слушайтесь меня!»

А затем снова попыталась встать. И снова почему-то упала. И так повторилось много-много раз.

Сперва меня это забавляло, потом мне это надоело. Потом я начала злиться на свои коварные лапки. От обиды я даже попробовала укусить их несколько раз. Но они никак на это не отреагировали.

То ли я кусала их слабо, ведь зубы мои были еще очень-очень маленькими, то ли им было все равно, кусают их или, наоборот, гладят и лижут. Но после моих укусов они остались такими же непослушными и независимыми, как и раньше.

Обессилев, я подползла к маме и попила молочка из ее животика. Мама дремала, но мне так сильно захотелось спросить ее кое о чем, что пришлось ее разбудить.

– Мамочка, дорогая, скажи мне, почему мои лапки меня не слушаются? Я когда-нибудь научусь ходить? А то я сегодня весь день стараюсь пойти погулять и весь день падаю.

Мама чуть-чуть приоткрыла глаза и сквозь сон отвечала мне:

– Научишься. Ну, если, конечно, будешь старательно учиться.

– А если не буду?

– Можешь и не научиться. Так и останешься навсегда лежать в этом подвале.

– Не-ет, – с ужасом отвечала я, – я так не хочу. В подвале хорошо и тепло, но мне не хочется провести в нем всю свою жизнь. Тогда, мамочка, я немного посплю и начну все заново.

Я уснула, а потом сделала так, как пообещала маме.

Брат с сестрой еще дремали, а я уже вскочила и начала тренироваться.

Я не знаю, сколько прошло времени и сколько раз я упала прежде, чем сделала свой первый шаг, но я совсем не удивилась, что в какой-то момент перестала шлепаться на дно своей любимой коробки.

Вскоре я даже начала немного подпрыгивать. Так мы и прыгали все время втроем: я, мой забияка-братик и моя милая сестренка. В подвале ведь было очень много места для того, чтобы прыгать.

И так проходила наша жизнь: мы просыпались, кушали мамино молочко, скакали, дрались, царапали друг дружку своими лапами, хулиганили, снова пили молочко, снова спали и снова начинали скакать.

И это продолжалось очень долго.

Гура

Однажды мама, как обычно, куда-то ушла по своим делам, и мы остались совсем-совсем одни. Мы не боялись одиночества, потому что знали, что мама обязательно вернется. Ведь не было еще такого случая, чтобы она не возвращалась. Поэтому мы и были очень спокойны.