Принц Дунь-Дунь и великий волшебник

Ну, наконец-то! Наконец, Красавица Ли все-все поняла!

– Ой, так это были вы? Так это вас я видела в небе! Ваше сражение происходило прямо у меня на глазах! Я иду и вижу: летит корзина с шарами, а за ней гонятся какие-то страшные птицы или огромные мухи…

– Можно я скажу? – попросил слова Гималай. – Никакие это не птицы и не мухи! Это всё проделки слуг гадкого кота Мау-Мау! У них противный вид и гадкая привычка налетать тучей. Их было так много, что они закрыли собой солнце.

Даже я, Великий и Могучий Дракон, ничего не смог сделать. Они пихались и кусались, толкались и плевались, вели себя так, как ведут себя самые невоспитанные существа. Они сбили нас с курса, проткнули наши шары, мы попали неизвестно куда, и нас теперь везде ищут.

– Можете не беспокоиться, – сказала Красавица Ли. – В моем чайном домике вас никто никогда не найдет. Но как могло случиться, что какой-то кот вас всех запугал? Откуда он такой взялся, и с чего началась эта странная история?

Принц Дунь-Дунь вздохнул:

– Но это будет не короткий рассказ.

Запаситесь терпением!

Если вы прочитаете следующую главу, вы узнаете о том, по какой такой причине принц Дунь-Дунь решил занять трон своего отца – императора всех хвостатых Подземелья Поднебесной Дунь-Дуня Первого, и что из этого вышло.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

В которой принц Дунь?Дунь рассказывает Красавице Ли о том времени, когда он еще мало что понимал в жизни и о том, как в самый короткий срок он постиг высшую мудрость.

Красавица Ли присела на краешек стула и приготовилась слушать рассказ принца Дунь-Дуня, хотя она не до конца понимала, для чего ей, собственно говоря, это было нужно.

– Его Высочество императорский сын Дунь-Дунь Второй рос здоровым и крепким ребенком, – начал свой рассказ ее маленький гость. Но при этом Дунь-Дунь признался, что он был избалованным и капризным, чем очень огорчал своих родителей.

Особенно печалился его добрый и мудрый отец Дунь-Дунь Первый, император всех хвостатых Подземелья Поднебесной. Все было к услугам наследника императорского престола, выполнялся любой его каприз. Игрушки уже некуда складывать, а он все кричал – хочу еще! У него было так много игр, что не хватило бы целой жизни, чтобы в них играть.