Принц Идима

Траур у них тут что ли?»

Сашка постепенно приближался к подножию трона, несмотря на природную бесшабашность, чётко ощущая гнетущую атмосферу, царящую вокруг. И ещё он подумал, что название «Высочайшие», как никакое другое подходит этим сумрачным людям, средний рост которых явно зашкаливал за метр восемьдесят пять. «А худые-то какие! – отметил про себя Сашка. – Не кормят их здесь или больные все? Надо отдать должное папочке, он среди Высочайших смотрится как Шварценеггер в концлагере». Действительно, король, неподвижно восседавший на причудливом троне, рядом со своими сухощавыми подданными казался настоящим атлетом.

Прежде, чем подойти к подножию трона, Демидов успел заметить ещё одну особенность собравшихся. Все они: и молодые, и старые – носили в ушах тенны. Но если у молодых магические серьги выглядели примерно так же как, у младшего сына главы Совета, то чем старше оказывался Высочайший, тем меньше были «колокольчики» на серьгах. А у некоторых их и вовсе не наблюдалось – только серебристые стежки по краю уха.

Подойдя к первому витку спирали, которая вела к трону отца, Демидов замешкался. И не потому, что оробел или утомился, хотя двигаться под перекрёстным огнём высочайших взглядов оказалось труднее, чем списать контрольную у отличницы Зиньковой. Просто путь наследнику преградила невидимая стена. Немного растерявшись, Сашка уже собирался спросить Арэта, что бы это значило, как вдруг услышал стройный хор Высочайших голосов:

– Разделённое на двое умножится!

– Повторяйте, ваше высочество, – жарко зашептал Сашке идущий позади Арэт.

А вот этого Демидову ох как не хотелось. Он ещё в кричалки не играл! Но отступать уже было поздно и, сделав титаническое усилие, Сашка громко повторил:

– Разделённое на двое умножится.

И Высочайшие не замедлили с ответом:

– Наследник короны Идима по праву крови и Силы допускается в круг Первой тайны. Да не оставит его своей милостью Закинувший Сеть.

Широко открытыми глазами смотрел Сашка, как одновременно вспыхивают радужным сиянием тенны на ушах членов Совета, окружая их головы ослепительными нимбами. Создавалось ощущение, что в золотом зале разом вспыхнули сотни огромных люминисцентных ламп. Поражённый грандиозным зрелищем Демидов даже прозевал момент, когда невидимая преграда перестала существовать. Пришлось срочно шагать вперёд, чтобы сохранить ускользающее равновесие.