Принц Идима

– Ваше величество, – несмотря на худобу, Глава Совета обладал звучным голосом, – позвольте мне согласно обычаю первому преклонить колени перед законным наследником престола и поклясться ему в верности, как будущему королю Идима.

Вместо ответа Орис согласно кивнул, и Глава Совета опустился на одно колено со словами:

– Я, Энар ид’Орами, клянусь быть верным поданным его высочества принца Александра, наследника престола по рождению и закону.

Все Высочайшие последовали его примеру, и когда прозвучала клятва последнего, странный звук, больше всего походивший на стон циркового слона, измученного бесконечными трюками, завибрировал под сводами Золотого зала.

– Клятва принята, – объявил король Орис, и все тотчас же поднялись с колен, выкрикивая поздравления королю и его сыну.

– Вот и всё, а ты боялся, – сказал Орис по-русски.

– Ничего я не боялся! – возмутился Сашка. – Просто не хотел, и всё тут.

– А теперь захотел?

– А теперь захотел… Только ты не думай, что что-то изменилось.

– Никогда не говори «никогда», – тихо произнёс Орис и, как показалось Сашке, печально вздохнул. – Спускайся, но зала не покидай. Когда все уйдут, я кое-что покажу тебе…

С этими словами Орис сошёл вниз, и Сашка волей-неволей поплёлся за ним, упорно глядя себе под ноги. Настроение было хуже некуда, а неожиданно прозвучавший за спиной голос сделал его вообще омерзительным.

– Поздравляю, ваше высочество, с прохождением церемонии. – Эгор ид’Орами казался самой любезностью, вот только «ваше высочество» в его устах звучало почему-то как «деревенщина». – Теперь вы полноправный наследник короны Идима. Надеюсь, вы довольны?

Находящийся на взводе Демидов не полез за словом в карман:

– Доволен. В отличие от тебя. Небось, ты сам не отказался бы на трон взобраться. Только ты не парься, Егор. Всё равно тебе трона моего не видать как своих ушей.

На этот раз Сашке не понадобилось слышать приглушённый вскрик своего оруженосца, тенью следовавшего за его высочеством, чтобы понять – он сморозил что-то не то. По всему выходило, что Сашка, сам того не подозревая, нанёс идимцу смертельное оскорбление. От слов Демидова Эгор дёрнулся, как от пощёчины, лицо его побледнело, а рука непроизвольно стала подниматься для магического удара, но на полпути застыла и потянулась к рукояти меча.