Принц Идима

 – Дискриминация по половому признаку!

– Вовсе нет! – Демидову показалось, что оруженосец даже немного обиделся. – Я ведь уже сказал, что они не владеют Силой, и, значит, здесь им делать нечего. Ну, не станете же вы приглашать человека глухого от рождения на концерт заезжего менестреля. Поэтому Те, в Ком Нет Силы живут на Другой Половине. То есть не только они… Ну, вы скоро сами увидите, ведь Большой Зал находится именно там. И нам придётся скоро выходить, чтобы попасть к началу приёма.

– Скоро? – изумился Демидов.

– Совершенно верно, босс. Сейчас я сниму повязку, и можно будет одеваться.

Сашка не очень-то поверил в это заявление, но оруженосец оказался кругом прав. Освобождённое от повязок плечо зажило полностью, и только розовый шрам напоминал о том, что всего несколько часов назад в этом плече была проделана дырка. Осторожно сев на постели, Сашка ожидал привычного вращения потолка и с радостью отметил, что головокружение отменяется.

– Вот это да! – он резко подскочил с кровати и нанёс несколько ударов воображаемому противнику.

Тут неожиданно накатившая слабость заставила его ухватиться за кроватный столбик, а подоспевший Арэт уже выговаривал своему боссу:

– Нет-нет, ваше высочество. Никаких резких движений! Король Орис предупредил, что это опасно. Вы потеряли слишком много крови, и весь приём вам придётся просидеть на троне, благосклонно взирая на своих будущих поданных.

Потратив четверть цикла на нудное одевание его высочества «соответственно торжественному моменту», мальчишки вышли в коридор и снова начали долгий путь вниз по кружащему коридору. Идти Сашке было всё-таки тяжело, и потому он очень обрадовался, когда Арэт остановился у очередной деревянной двери.

– Здесь Нить на Другую Половину, – объявил тот, налегая на дверь худым плечом.

– Ясен пень, – пробормотал наследник любимое выражение Дракона, втискиваясь вслед за Арэтом в затемнённое помещение.

– А они у нас есть, – улыбнулся Арэт. – Только эта дверь номером не помечена.

– Почему? – удивился Сашка. – Она особенная?

– Нет, ваше высочество. Просто её номер третий. А его мы никогда не пишем. Три плохое число.

– А… – протянул Демидов, припомнив, как на Земле относятся к числу тринадцать. Он даже читал, что в Америке кое-где нет тринадцатых этажей.