Принцесса для лягушонка

– Кому же не нравится, когда его хвалят, – рассудил Никанор. – А куда ведет маленькая дверка, спрятанная за печной трубой? Никогда не видел такого огромного висячего замка!

– Тш-ш-ш! Это – очень-очень секретная кладовочка.

– Что же в ней такого «очень-очень» секретного? – заинтересовался гость.

– Из неё можно достать всё, что хочешь.

– Вот это да! – подпрыгнул кузнечик. – И новую скрипку?

– Я же говорю, всё, что пожелаешь. Но в этом-то и проблема! Один раз Сенька решил пошутить. Вместо стола достал слона.

А кладовка обратно ничего не берёт – гордая. Пришлось ухаживать за такой громадиной. Корм добывать, чтобы слон всю траву и все листья в округе не съел. Столько забот да хлопот на свою голову заработали! Хорошо, что мимо бродячий цирк проезжал. Им как раз артист был нужен в труппу.

– Конечно, прежде чем шутить, не мешает сначала подумать, чем эта шутка может обернуться, – задумчиво произнёс Никанор. – Но всё равно, здорово!

– А ты представь, что кто-нибудь жадный, глупый и злой решит стать самым богатым и сильным на свете.

Что он пожелает достать, кроме золотой казны? Что-нибудь страшное, чтобы свои денежки охранять и всех пугать. Потеряет покой и сон. Будет день и ночь сторожить своё добро. Не заметит, как станет новым Кощеем, а нам и своего – сказочного хватает!

– Да, это – никуда не годится! Я бы хотел, чтобы все жили мирно. Без друзей скучно и неинтересно. А для друга ничего не жалко! С ним хоть в огонь, хоть в воду!

– Уверен, что тебе скоро представится такая возможность, – проговорил мудрый сверчок и уполз за тёплую трубу.

7. Волшебный посох

Хозяева чудесной избушки оказались добрыми и хлебосольными. Каждого из гостей потчевали тем, что он больше всего любит.

Фаня умудрилась достать из чудесной печки большое блюдо со спелыми фруктами и уже очищенными и нарезанными овощами.

Чай из большого медного самовара пили с липовым мёдом, земляничным вареньем и сладкими пирогами.

Когда все наелись до отвала, мусор и объедки, чтобы не засорять окружающую среду, отправили в под русской печи. Там всё исчезло, будто и не было.

Сеня и Фаня взялись за углы скатерти и встряхнули её так, что три вышитые жар-птицы, ожив, слетели и уселись на полатях, полыхая и переливаясь золотым холодным огнём.

Сытые гости, перестав чему-либо удивляться, лишь крепко зажмурились.

– Будьте любезны, убавьте яркость! – попросила баба Яга.