Принцесса Лиза, которая прилетела на воздушном шаре

Носки лакированных ботинок оставляли на песчаной дорожке две неровные борозды. Маркиз что-то неразборчиво булькал себе под нос. Когда перелезали через ограждение клумбы, белоснежный смокинг расстегнулся, и Флакон процарапал плоским животом по острому кирпичному обломку. Раздался противный скрежет, какой бывает, если провести камнем по стеклу. От ужасного звука и глубокой царапины Маркиз немного пришёл в себя, выпрямил ноги и, оттолкнув в стороны друзей, пробежал несколько шагов сам. Отчаянный рывок лишил его последних сил, и он повалился в траву.

Ни слова не говоря, Циля двумя руками схватила золотой ободок на голове Маркиза. Уверенным резким движением она крутнула его против часовой стрелки: так рулевой военного корабля крутит штурвал, чтобы уклониться от вражеской торпеды. Серебряная пробка отвинтилась, и из открывшегося горлышка со свистом вылетела мощная струя тёплого ароматного воздуха. Циля достала из сумки бутылку воды, которую предусмотрительно захватила, уходя из дома, и вылила её целиком в круглое отверстие.

Затем Ножик и Мастер принялись трясти и раскачивать Флакона из стороны в сторону. Через стеклянную грудь было видно, как у него внутри пенится и булькает жидкость, переливаясь всеми цветами радуги.

Маркиз застонал и постепенно начал возвращаться в своё нормальное состояние. Промывание внутренностей ему явно помогло. Тогда Ножик с Мастером поднатужились и перевернули его вверх ногами. Пенистая ароматная жидкость полилась из горлышка на землю.

– Ну всё! Хватит… Хватит… – закричал Маркиз.

– Очухался, голубчик, – сказала Циля и хлопнула в ладоши. – Ставьте его на ноги. Раз-два!

Лёгкий тёплый ветерок приятно обдувал серебряную голову Флакона, быстро приводя его в нормальное состояние.

– Да ты, Марик, оказывается, – у нас алкоголик. Я бы даже сказала, наркоман, – усмехнулась Бижу.

– Я не наркоман, – обиделся Маркиз. – Я просто душевно нестойкий. Не могу устоять перед прекрасным. Испытываю слабость к хорошим запахам.

Бусинка улыбнулась и покачала головой.

– Да все вы любите хорошие вещи, – начал оправдываться Маркиз, отряхивая смокинг от жёлтой цветочной пыльцы и серой дорожной пыли, – только сказать стесняетесь, чтобы над вами не смеялись. Вот и ты, Ножик, с виду такой правильный, а сам тоже мечтаешь о чём-нибудь таком красивеньком.