Принцы-воины. Невидимое вторжение

– Куда он подевался?

Эван обежал завесу, проверяя, не появился ли там Леви. Ничего такого.

– Он должен быть… внутри, – пробормотал Эван. – Каким-то образом…

– Смотрите!

Ксавье указал на поверхность, по которой разлилось бледное красноватое свечение, исходящее от герба. Красный. Цвет, который всегда появлялся на поверхности Воды, когда кто-то проходил сквозь нее. Этим она и отличалась от обычной воды.

– Точно, Вода, – сказала Брианна, вдруг успокоившись от того, что Леви попал в Пещеру в целости и сохранности.

 – Увидимся! – прощебетала она остальным и почти прыгнула в рябь завесы.

Девочка тоже исчезла.

– Эй, подожди меня! – Эван кинулся в Воду следующим.

Ксавье и Мануэль остались вдвоем.

– Хочешь пойти первым? – спросил Ксавье.

– Возможно, нам стоит немного подождать, просто чтобы убедиться…

– Можешь ждать, если хочешь. А я иду.

Ксавье шагнул в Воду и пропал, как все остальные.

– Стой! – крикнул Мануэль, но опоздал: Ксавье ушел.

Мануэль вспомнил, как в прошлый раз едва не остался один из-за того, что боялся пересекать мост через Скотос.

Теперь история повторялась.

Он принялся считать, как всегда делал в пугающих ситуациях. «Один, два, три…» Мальчик просунул ногу в Воду. «Четыре, пять…» Он зажмурился, ринулся вперед и исчез еще до того, как успел сказать «шесть».

Глава седьмая

Коридор ключей

Ксавье заморгал, с облегчением оглядываясь. Все друзья были здесь, в доспехах, которые получили во время первого посещения Агоратоса: белые треугольные пластины со светящимся диском по центру, гладкие белые ремни и высокие ботинки.

Одежда, которая на них была, превратилась в серые штаны, похожие на кожаные, и рубашки.

Несколько секунд спустя появился Мануэль, тоже в облачении воина. Глаза у него по-прежнему были зажмурены. Он открыл один, затем другой и выдохнул:

– Это место выглядит другим.

Сняв очки, Мануэль положил их в карман. В Агоратосе у него всегда было отменное зрение.

Ребята стояли в длинном темном коридоре, похожем на Оружейную галерею, где они впервые получили нагрудники, ремни и ботинки.

Но никаких доспехов здесь не было. Вместо них ребят окружали высокие белые пьедесталы разной высоты. На каждом покоилась шкатулка. Все шкатулки были различных форм и размеров, некоторые совершенно гладкие, другие – обильно украшенные. И шкатулки, и пьедесталы ярко светились, словно каждую подсвечивал отдельный софит.

– Мы, вообще, в Пещере? – спросил Эван.