Сердца наши золотые, инкрустированные бриллиантами

Со страхом ожидая прикосновения к асфальту, я тем самым существенно замедлял себя, прорываясь сквозь арки, спотыкаясь о выпавшие из стен округлившиеся кирпичи, поскальзываясь на стекающей со стен сладкой молочной гнили, задыхаясь от обеззараживающих испарений покрывающего их красноватого мха.

Выскользнув из очередной сдавленной непристойности, я осознал себя находящимся на узкой улице, превратившей темную сторону в высокую желтую стену, лаково блестящую защищающим ее от граффити покрытием, бережливо прикрытую сверху колючей проволокой, брезгливо взирающую на меня черными морскими звездами видеокамер.

Тяжелые от стыдливых и безгрешных черных плодов деревья нависали над ней бесформенными уплотнениями тоски, где-то за гневливой прочностью истерзанных кирпичей исступленно дрались носухи. Могло показаться, что стена тянется бесконечно, стягивая собой весь город, но я знал, что ею ограничен лишь относительно небольшой район, так и не восстановленный после Войны Воспоминаний. Любой местный житель знал способ определить слепое место между камерами, я же, вдобавок к тому, был обучен старшим братом, как можно забраться по гладкой поверхности стены, миновать колючую проволоку и избежать всех опасностей после. Ни одного из тех сокровенных знаний мне не пришлось применять, ибо в первом же слепом месте я обнаружил прикрытое опустившимися ветвями деревьев и вьюном барсучьей ягоды отверстие, через которое и пробрался, лишь слегка оцарапав левое плечо.

Уже давно я не был в Гнилом Городе.

Последний раз я пришел сюда со Снежаной, через несколько дней после того, как она бормотала во сне о том, как ее насилуют на его одряхлевших улицах. Скорее всего, сама она не заметила и не запомнила того своего сновидения, но часть его осталась в ее венах, добралась до мозга бесплотным тромбом и тянула девушку в темные, безрадостные, выглядящие самыми опасными переулки. Едва поспевая за ней, я ухмылялся, занимая себя вопросом о том, был ли ее сон пророческим, доведется ли мне наблюдать за тем, как совершится над ней насилие, но ничего подобного не произошло, мы никого не встретили, она вернулась домой недовольная и раздраженная. После того, как влагалище девицы получило мое семя, что всегда сопровождалось и переживаемым ею оргазмом и в дополнение к тому я полчаса сосал ее клитор, она породила скандал, обвиняя меня в том, что я не уделяю ей достаточно внимания.

Город не любил тех, кто не нес в себе его крови.