Продавец ёлочных игрушек, или Новая новогодняя сказка

Дверь в спальню родителей легонько скрипнула, и кто-то тенью проскользнул туда. Этот кто-то, одетый в чёрный плащ с капюшоном, насыпал на руку в чёрной перчатке какой-то порошок и дунул им в Матфея и Клару Оклей. Порошок туманом окутал их лица, и они провалились в глубокий беспробудный сон.

После этого незнакомец так же неслышно проник в комнату детей. Его тень упала на кровать Дика. Мальчик на секунду открыл глаза, открыл рот, но сказать ничего не смог. Его, так же как и родителей, окутал туманом порошок.

Дверь из комнаты детей скрипнула, и незнакомец покинул дом.

Глава четвёртая

Эмили пропала

Утром в кухне в доме Оклеев царила привычная обстановка. Мама жарила блинчики, а папа пил горячий какао и читал газету. Да-да, в этой сказочной стране все ещё читают бумажные газеты и книги. Со второго этажа вниз по лестнице сбежал Дик с ученической сумкой. Он зашёл в кухню.

– Мам, пап, привет!

– Доброе утро, сын, – поприветствовал Дика отец, не отрываясь от чтения.

– Доброе утро, – сказала мама.

Дик уселся за стол, свернул блин и засунул его в рот. Запив его тёплым молоком, он пробормотал:

– Мне сегодня приснился ужасный сон. Как будто какой-то человек в чёрном плаще подошёл к моей кровати. Он подул мне в лицо порошком, и я провалился в черноту, из которой не мог выбраться до самого пробуждения.

– Не болтай с набитым ртом, – сделала ему замечание мать. И вдруг вспомнила:

– Странно, и мне снилась всю ночь сплошная чернота.

– Да? И мне тоже! – папа даже отложил в сторону газету.

– Как у всех у тех… – у Дика возникло жуткое подозрение.

– О боже, а где Эмили? – охнула мама.

– Я думал, она уже здесь, – залепетал мальчик. – В кровати её нет…. И постель почему-то не заправлена, хотя обычно она…

Папа поднялся из-за стола. Он попытался внушить всем спокойствие:

– Всё хорошо, пока всё хорошо! Причин для паники ещё нет.

И он громко позвал дочь:

– Эмили! Эмили!

– Эмили, доченька, – присоединилась к нему Клара Оклей.

– Я… я пойду в комнате посмотрю, – предложил Дик и рванул на второй этаж.

– А я в других комнатах гляну, – сказал Матфей жене. – И это… у тебя блинчики горят.

Мама убрала сковороду с плиты и всхлипнула.

– Родная, пока причин для паники нет, – папа обнял маму.

– Я поняла, – согласилась она, всё же всхлипывая.

В своей комнате Дик обшарил всё, заглянул под кровать, в шкаф. Сестры нигде не было.