Пройдоха из чужого мира

– Или совершает вечернюю прогулку, – предположил Дима.

– Да нет, это он к тебе домой идет, посмотреть, не запорол ли ты еще какую-нибудь пленку. А то, может, стоит исключить тебя из кружка, чтобы ты инвентарь и материалы не портил, – засмеялась Катя.

Дима и впрямь испугался, что Олег Валентинович заметит его, и спрятался за Игоря. В этот момент учитель химии увидел нас и остановился. Несколько секунд он размышлял, что ему делать, а затем вдруг резко повернул направо и, как ни в чем не бывало, зашагал по другой улице, будто так и задумывал.

– Смотрите, ребята, как-то странно он ведет себя, – засомневалась я. – Не захотел с нами встретиться. Что же происходит?

– А я просто уверен, что мы ему в чем-то помешали, – стал догадываться Макс. – Давайте сделаем вот как: спрячемся за угол, и наверняка мы увидим, как он снова выйдет на улицу и пойдет дальше. Интересно, что он задумал, куда пойдет?

Мы юркнули в ближайший переулок. Необходимости в том, чтобы все мы, высунув головы из-за угла, смотрели, что происходит, не было.

Учитель химии вел себя весьма осторожно, что почти наверняка говорило о том, что он замыслил что-то тайное. Мы тоже соблюдали конспирацию. Нашими «глазами» был медиум Дима. Он смотрел, не отвлекаясь, а Оля видела все, что видел Дима, поэтому мы тоже были в курсе.

– Валентиныч вышел из-за угла, огляделся. Ну прям как шпион. Пошел в прежнем направлении. Ой, остановился возле школы, снова посмотрел по сторонам. Исчез в воротах.

– Наверно, в фотолабораторию, – предположил, уже повернувшись к нам лицом, Дима.

– А почему так поздно? – недоумевал Макс. – Ведь школа уже закрыта, его могут не пустить.

– Он говорил, что оставил сушиться какие-то очень интересные снимки; видимо, боится, что они могут пересохнуть и свернуться. А он так хотел всем показать. Ведь завтра – последний день занятий, после чего все разойдутся по домам к экзаменам готовиться и про его фотографии никто не вспомнит.

– Но почему же тогда он прячется от нас? – удивилась я.

– А может, он собирается сделать всем сюрприз и не хочет, чтобы его работы видели раньше времени, – парировал Дима.

– Логично, – согласился Макс, хотя это вовсе не означало, что Димино объяснение было правдой. Ведь точно-то мы ничего не знали. Впрочем, выяснять что-либо у нас времени не было, нам предстояло выполнить другую задачу, несомненно, куда более важную, чем объяснение причин странного поведения нашего химика.