Проклятие китайской гробницы

 – Гвен обернулась, щуря припухшие от недосыпа глаза, и показала на медную табличку с текстом на трёх языках. – Тут всё написано.

«PHILIPPUS THEOPHRASTUS

PARACELSUS

ЗНАМЕНИТЫЙ АЛХИМИК И ВРАЧ

УБИТ В ЭТОМ ЗАЛЕ

МЕСТНЫМИ ЗНАХАРЯМИ,

ПОСРАМЛЁННЫМИ

ЕГО ИСКУССТВОМ ВРАЧЕВАНИЯ

В ЛЕЧЕБНИЦЕ СВЯТОГО ВОЛЬФГАНГА».

Глядя на лицо великого учёного, Джек повторил вслух его последние слова:

– «Когда-то у меня было сокровище, достойное королей и пап».

– Может, он свой меч имел в виду? – задумалась Гвен.

 – Драгоценным бывает что угодно. Если бы меня убивала разъярённая толпа, я бы тоже вспомнила о мече.

Мальчик опустил глаза, и в груди у него похолодело. Парадное оружие с узорчатым серебристым клинком и золочёной рукоятью в самом деле походило на сокровище, но в глаза прежде всего бросалось навершие эфеса, полускрытое ладонью.

– Не может быть! – ахнул Джек.

– Что не может быть?

Надо сказать, что первые подозрения возникли у Джека ещё в погребке. По словам сэра Дрейка, дедушка Баклз погиб, чтобы не дать Галлу завладеть могущественным артефактом.

Во время схватки за рубины Чингисхана профессор Таннер сказал то же самое… про Зет!

А если прибавить к этому ещё и слова портного…

– Герр Арнульф рассказал мне, что мальчишка-посыльный принёс ему посылку от деда и попросил передать её Джону Баклзу.

Гвен озадаченно сморщила нос.

– Самому себе?

– Я тоже так сначала подумал… но имя Джон передаётся у нас из поколения в поколение.

Он не успел продолжить, Гвен догадалась сама:

– Джон Баклз Одиннадцатый передал посылку своему сыну Двенадцатому, твоему отцу!

– Вот именно.

А в посылке был шар! – Он кивнул на портрет. – Сокровище не меч, Гвен. Оно часть меча!

Она снова вгляделась в картину и восторженно пихнула Джека локтем.

– Это же твой Зет! Он и есть… тот самый Разум великого Парацельса!

Глава 12

Завтрак был подан на солнечной веранде: сыр, мясное ассорти, яйца в мешочек и свежие хрустящие булочки. Шоу ел втрое больше, чем его спутники, но лишь вдвое быстрее, поэтому немного отставал.

Телевизор на стене в углу приглушённо бормотал, сообщая новости. Где-то в Китае взрывом проломило стену музея, и рабочие в шлемах разбирали дымящиеся развалины в резком свете переносных прожекторов.

Шоу взял с блюда скрученную в узел колбаску. Гвен поморщилась, глядя на него.

– Это что, мясной крендель?

– Угу, – промычал охранник с набитым ртом, придвигая блюдо поближе к себе. – Красота… прям объедение.