Путешествие за край земли

Зажег светильник, чмокнул на прощание морщинистую щеку и поднялся к себе в комнату.

– Сладких снов, мой мальчик, сладких снов, – прошептала Августа.

А на улице, вздохнув, осел выпавший снег.

Утро выдалось на редкость солнечным. Сквозь затянутое изморозью окно лучи ласково тянулись к лицу, прикасались к волосам. Вчерашнее ненастье сгинуло, как будто его и не было, остались только воспоминания да наметенные сугробы. Мартину ни за что не хотелось покидать теплую постель. Он повыше натянул на голову одеяло и, подогнув ноги, отвернулся к стене.

Никакая сила сейчас не могла выгнать его из кровати.

– Мартин! Просыпайся! Вставай, лежебока, завтрак готов, – донесся сквозь сон голос бабушки.

– Бабуля, еще пять минут.

– Знаю я твои пять минут, они спокойно превращаются в два часа. Спускайся, а то все остынет.

– Иду, иду уже, – пробормотал Мартин и юркнул под одеяло.

Тихо заскрипела лестница, дверь комнаты приоткрылась, звук мягких шагов замер у кровати.

– Так я и знала, – усмехнулась бабушка, – все, пошла за снегом, высыплю его тебе в кровать и накрою одеялом, вот тогда лежи сколько захочешь.

– Ты слишком добрая, – пробормотал он, даже не открыв глаз, – ты так не поступишь…

– А вот сейчас и посмотрим…

– Ай, что это?! Что ты делаешь?!

– Как и обещала – это снег.

– Ну, бабушка, я и так почти встал.

– Твое «почти» лежит где-то рядом с обедом, а сейчас у нас завтрак стынет. Марш умываться и за стол.

– У меня вся пижама мокрая.

– Ты же не в пижаме за стол сядешь. Одевайся, умывайся и спускайся на кухню.

Мартин скинул промокшую пижаму, ежась от холода, быстренько просунул ноги в штаны, запрыгнул в шерстяные носки и через голову натянул связанный бабушкой свитер. Тапки он нашел не сразу, они чудесным образом оказались задвинутыми под кровать. Посмотрелся в треснутое зеркало, висевшее у рукомойника, подставил одну ладошку, набрал немного воды и брызнул себе на лицо. Вода была холодной и неприятно покалывала щеки.

Выдавил себе в рот немного зубной пасты из тюбика, поводил языком по зубам, равномерно ее размазал, набрал вторую ладошку воды, прополоскал рот. Влажными руками провел по волосам, чтобы не торчали во все стороны. Все. На этом процесс утреннего умывания он посчитал законченным, и поспешил вниз по лестнице, на кухню, откуда исходил запах жарящегося бекона и яиц, доносилось размеренное побулькивание чайника.

На кухне было жарко.