Путешествие за Края Мира, или Невероятные приключения медвежонка Ганса и его друзей

Робкое дерево, Елочка на вид, шагнуло вперед и улеглось на бок. С замиранием сердца медвежонок приблизился и принялся за работу.

– Может быть немного больно, – предупредил Ганс.

– Ничего, я потерплю, – ответила Елочка.

Медвежонок нащупал сцепление между приржавевшей подставкой и пораненной частью и начал, как и обещал, аккуратно высвобождать страдалицу из пут. Он долго возился со сцеплением, пока не понял, что достаточно выкрутить шурупы, чтобы дерево само выпало из многолетнего рабства.

– Спасибо! – тихо сказала свободная Елочка.

– Пожалуйста, – ответил медвежонок и задумался: «ножик один, а деревьев – целый лес. Так и за жизнь не управиться! Дела!».

Но тут на помощь пришли сами деревья, наблюдавшие за операцией.

– Мы можем состругать острые колышки, наподобие твоего ножика, медвежонок, – сказали они.

И, не дожидаясь, принялись стругать ножи из наиболее подходящих частей самих себя и иных подручных средств. У них получилось, и получилось быстро.

Вскоре медвежонок Ганс вместе с лисичкой Тонечкой и Совой-Совушкой самоотверженно, направо и налево высвобождали деревья из оков.

К ним присоединились белочка, волчонок и зайчик. Очереди никто не нарушал, деревья стояли послушные и серьезные, следить за порядком более не было никакой необходимости.

Через несколько часов деревья были освобождены. Последним от оков освободился Древосил. Он, как настоящий капитан и лидер, заботился о своих подопечных и последним пошел на процедуру.

Плюшевцы с большой осторожностью стали погружать деревья в озеро.

Конечно, плюшевые герои устали: они, ни на секунду не останавливаясь, ставили и ставили деревья, одно за другим, и, казалось, что конца этому лесу не будет.

Но звери старались, и их старания увенчались успехом: все деревья поместились и даже для Древосила место нашлось. То ли озеро раздалось, то ли изначально было больше, чем казалось, – это так и осталось загадкой.

Плюшевцы любовались работой: озеро колыхалось, наполненное стоячими деревьями, которые мерно раскачивались и издавали благодарное потрескивание. Вода в это время проникала в самые затаенные уголки их душ, наполняла собой потрескавшиеся тела, добиралась до самой сути и, наконец, пробуждала память от глубокой спячки.

Плюшевые звери развели костерок у озера и затянули самые красивые песни, что знал их родной лес.